Энди ушел. Я не стал его больше задерживать, и так он провозился со мной столько, что черный колдун, наверное, уже обыскался его, если, конечно, перестал разыскивать меня. Мы договорились встретиться после церемонии в «Сломанном мече», и я, перешагнув через крепко спящих стражников, отправился бродить по лесу и обдумывать планы на будущее.

Планов было хоть отбавляй, и я никак не мог выстроить их в хронологическом порядке. Убить дракона без огненного меча вряд ли удастся. Значит, надо ловить темного эльфа, а он, скорее всего, уже в Сумеречной долине, единственный путь в которую, насколько я знаю, проходит через ущелье Потерянных Душ, куда соваться без Энди бесполезно, пока он не расколдует Роксанда. До церемонии посвящения осталось три дня, которые я могу посвятить личным делам, забыв на время о спасении человечества. Для начала надо забрать Счастливчика из конюшни, если, конечно, его не вздумали оставить жить во дворе замка, в чем я лично сомневаюсь. Потом отправиться в замок Ленсенда и поинтересоваться судьбой его дочери. Может, она еще жива, и я должен позаботиться о ней, как обещал. Я плохо представлял себе, как положено заботиться о маленьких девочках, но обещание есть обещание, его надо выполнять, раз уж дал. А потом, это странное письмо Лин. Где оно может быть?

Так я брел по лесу в направлении королевских конюшен, обходя стороной дороги, где меня могла поджидать очередная засада, пока не сообразил, что ноги привели меня к Дуплистому дереву — многовековой сосне, весь ствол которой был испещрен дуплами разного размера и глубины. Когда-то моя сестрица Линделл придумала замечательный способ научить меня читать. Она оставляла мне послания в одном из дупел этого дерева, а я, находя их, честно думал, что мне пишет письма маленькая фея, никому их не показывал и читал сам, пока не задумал подкараулить фею, чтобы познакомиться с ней лично, и не застал Линделл на месте преступления. Здорово я тогда на нее разозлился, даже чтение забросил, пока Ленсенд не подсунул мне «Хроники Фаргорда» со всеми описанными там войнами.

Почему-то я сразу понял, что письмо от Лин должно быть здесь. Я пошарил в дупле и, прямо как в детстве, вытащил обрывок бересты. Но, едва развернув записку, почувствовал на себе недобрый взгляд, и из-за деревьев показалась зловещая фигура черного колдуна.

— Это дерево слишком приметно, чтобы за ним прятаться, мальчик, — засмеялся он скрипучим старческим смехом и, подняв посох, принялся выкрикивать очередные волшебные слова.

«Ну сколько можно издеваться над человеком? — скорее раздраженно, чем испуганно подумал я. — Скоро тошнота станет моим обычным состоянием. Эх, заткнуть бы ему рот, как это сделали наемники Сегарта с Энди. А почему бы и нет?» Я поднял с земли раскрывшуюся сосновую шишку и изо всей силы метнул в Повелителя тьмы. Я всегда отличался отменной меткостью, и с пары десятков шагов положить сосновую шишку в раскрытый рот не в меру болтливого старикашки мне ничего не стоило. Черный колдун захлебнулся на полуслове и замолчал. Я подскочил к нему и старательно связал руки кожаными шнурками, которыми старик пользовался для ношения своих многочисленных магических амулетов.

— Топай в замок, старик. — Я добродушно похлопал колдуна по костлявому плечу. — И не вздумай преследовать меня и дальше. Запомни, я пощадил тебя исключительно ради Энди. Должен же ему кто-то вручить посох. Но в следующий раз я не буду таким добрым! — Прислонив к Дуплистому дереву выпавший из рук старика посох, я отправился своей дорогой, ужасно довольный собой.

Правда, после прочтения письма от сестры мое жизнерадостное настроение улетучилось как дым. «Рик! — было нацарапано на бересте. — Я потеряла ребенка и мужа, меня преследуют отец и ненавистный Готрид.