Если такая версия их устраивает, и я буду ее придерживаться. Никого не интересовало, сколько дней я провел в клинике и по чьей милости. Видимо, для этого надо было копать слишком глубоко.

И вот теперь я стоял у открытого окна и видел зеленую лужайку, на которой лежала застреленная овчарка… Овчарку было жалко.

По коридору сновали люди, в форме и штатском, или просто в белых халатах, и я хотел подождать и не мозолить им глаза. Я почувствовал, как кто-то подошел и остановился позади меня. Оглянулся. Капитан опирался на палку. Он достал сигареты, мы закурили и стали вместе смотреть в окно.

— Быстро вы встали на ноги, — сказал я.

— Очень удобно проводить задержание в клинике, — он улыбнулся, — всегда под рукой специалисты, которые умело залатают дырки. Впрочем, и дырки-то никакой не было — так, слегка задело.

— Не понимаю, какой резон строить из себя мишень?

— Неплохо вышло, верно? — он стряхнул пепел сквозь прутья решетки. — И когда вы бросились на него, он уже был настроен достаточно агрессивно, чтобы применить оружие.

— Короче, вы спровоцировали доброго доктора?

— Нет, это вы его спровоцировали, — он усмехнулся. — Надо было заставить вашего приятеля совершить явное преступление, а то слишком много у него покровителей… Но стрелять в сотрудника милиции… ну, сами понимаете.

— А если бы он прицелился лучше?

— Я бы успел раньше… но не ожидал, что он станет стрелять через стол. — капитан покачал головой.

— Иными словами, вы не собирались брать его живьем? — уточнил я. — И поэтому так рисковали.

— Если бы да кабы, — он подмигнул. — А пока ему предъявлено обвинение в хранении и применении огнестрельного оружия. Но главное, — капитан мечтательно улыбнулся, — что следствие уже работает, и, кто знает, что скоро всплывет…

— Не всплывет только, кто убил директора, — сказал я.

Тут я посмотрел в глаза капитану и чуть не охнул от изумления. Потому что по его взгляду я понял: он все знает. Знает с самого начала, кто совершил убийство.

Мы молчали, пока не докурили свои сигареты.

— Собаку жалко, — я посмотрел на лужайку.

— Пришлось, — он кивнул, — она никого не подпускала к запасному входу.

Помолчал немного и добавил:

— Сегодня здесь задержана гражданка Ямщикова. Вы, кажется, были с ней в дружеских отношениях?

— Задержана? С какой стати?

— У нас есть сведения, что она участвовала в преступной деятельности вместе со своим мужем.

— Ловите стрелочников?

— Я не намерен обсуждать эту тему, — сказал он холодно. — В общем, ее еще не увезли. Если хотите встретиться, я могу помочь. Я ведь в некотором роде обязан вам…

— Ничем вы мне не обязаны. Да, я хочу с ней встретиться.

Я увидел Риту, когда ее уже вывели на улицу. Капитан отозвал в сторону охранника и о чем-то заговорил с ним. Мы остались вдвоем на залитой солнцем лужайке.

Вдвоем, не считая фургона для перевозки преступников.

Мне было тошно, дальше некуда.

— Вот все и закончилось, — прошептала она, и дуновение ветра на мгновение растрепало ей волосы. — Мы ведь не так себе все представляли, верно?

Трудно сказать, что она имела в виду.

— Ты успела прихорошиться? — я заметил, что косметика на ее лице была в полном порядке.

Слова мои прозвучали очень неуместно.