Рон присвистывает:

— И все равно похоже на надувательство.

— Тогда я говорю Нику: «Надо продавать». А он отвечает: «Нет, давай еще придержим». В общем, так продолжалось все эти годы. Кто-то из нас говорил: «Давай продавать», — а другой: «Нет, давай придержим». Курс колебался, иногда падал вполовину за неделю, потом снова рос. Мы поняли, что у нас на руках целое состояние, и договорились вот о чем: во-первых, мы продадим биткоин, только если оба на это согласимся, а, во-вторых, найдем способ подстраховаться, чтобы один не облапошил другого. И вот в две тысячи шестнадцатом году мы сделали так, чтобы сейф можно было открыть только вдвоем. Ник не сможет открыть его без меня, а я не смогу без Ника. Такой был уговор.

— А что это за шестизначные коды, о которых упоминала Элизабет? — спрашивает Рон.

— Кажется, Ник вам все рассказал, — замечает Холли. — Надеюсь, вам можно доверять.

— Позвольте спросить, — говорит Элизабет, — о какой сумме сейчас речь? Несколько лет назад у вас на руках было почти три миллиона, а сейчас?

— Каждый день курс меняется, — отвечает Холли. — Пару лет назад был пик, биткоин взлетел почти до семидесяти тысяч.

— Тогда я и купила, — говорит Джойс.

— Но в течение года он снова упал до шестнадцати тысяч.

— Тогда я и продала, — заметила Джойс.

— Но после падения он всякий раз взлетал все выше и выше и в две тысячи двадцать четвертом году поднялся до семидесяти пяти тысяч. Выходит, сейчас наш ключ стоит триста пятьдесят миллионов.

За столом повисает тишина.

— А почему же вы до сих пор его не продали? — спрашивает Ибрагим.

— Ник говорит, что нет нужды, — отвечает Холли. — Мол, бизнес идет хорошо, у нас обоих хорошие дома и машины. Но в начале прошлой недели он передумал.

— В начале недели? — спрашивает Элизабет.

— Мы обедали, и Ник сказал: «Пора», — говорит Холли.

— И вы продали ключ? — спрашивает Холли.

— Если да, заплатите за мою запеканку, — просит Рон.

— Нет, — отвечает Холли. — Мы оба согласились, что пора продавать, но полагаете, так просто продать биткоинов на сотни миллионов фунтов? Мы начали спрашивать, интересоваться, люди узнали, что мы готовы к сделке.

Элизабет задумчиво кивает:

— Ник и Холли вдруг стали очень популярными.

— Холли и Ник, — поправляет Холли. — Всегда в таком порядке. «Ник и Холли» — похоже на занудную парочку, с которой знакомишься на отдыхе.

— Правильно я понимаю, что вы обратились за советом к Дэйви Ноуксу и лорду Таунзу?

— Да, — кивает Холли. — Лорд Таунз был банкиром и знает, как совершаются такие сделки традиционным способом…

— А Дэйви Ноукс, значит, спец по нетрадиционным способам, — договаривает за нее Рон.

Холли кивает:

— Мы решили не класть все яйца в одну корзину.