|
А то при смене ипостаси много тратится магической энергии. Кстати, привык и свыкся со шкурой кота, но могу легко перекинуться в лиса, волка и даже медведя. У каждой моей личины есть определенный срок, когда могу ее не снимать. А вот истинное, первоначальную оболочку недолюбливаю. И с какого перепуга нас такими научились создавать? Мелкий, пять вершков или по нынешнем временам чуть более двадцати сантиметров, вершок-то равен всего четырем с половиной сантиметров, ну, почти. Вот и не нравлюсь я себе в таком виде: кряжистый молоденький парень, с длинными волосами, а сам меньше кота! И вот что странно, в любой ипостаси, если нахожусь на своей территории, то могу магией пользоваться из накопителей и источников. А стоит за границу перешагнуть — только внутренний резерв! Пополнение хоть и происходит, но медленно. Обидно! К тому же я сугубо лесной домовой-смотритель, в небо взлетать не могу, в рыбу не перекинусь и магии из воды не почерпну. Тем не менее, кое-какими водными заклинаниями сила мне пользоваться позволяет. А воздушные заклинания выходят изумительно, все же они имеют корни от деревьев, которые воздух могут разогнать. Так что могу и кулачком воздушным приложить, огонек в виде вала огненного выпустить, а про лесные заклинания и говорить не приходится — много чего умею.
— Можа знак какой подашь? — раздался крик из холла Семена. Что-то я замечтался, а у меня тут в беспамятстве тело лежит и староста в печали. По ауре знаю, что переживает о своем опрометчивом проступке, приведя в дом врага. А враг ли мне Иван? Ну, не друг точно. А вот что делать с этим служивым никак решить не могу, он мне пригодится или нет? Мысленно отдаю приказ ручке взмыть в воздух и начинаю диктовать: — Ивана из деревни не выпускать, если ему жизнь дорога. Самим не калечить и не наказывать, но присматривать. Отправляю записку Семену и иду следом, посмотреть, как тот приказ исполнит. Староста прочел мою записку и облегченно выдохнул. Ну, понятно дело, Иван-то к его дочке похаживает, но рукам волю не дает. Девка строптивая, но в койку прыгать не собирается. Кстати, а Марфу бы стоило навестить, не нравится мне ее здоровье, сосуды источаются, еще пару лет может и протянет, но больше вряд ли. С другой стороны, ей никто больше семидесяти и не даст, а бабке-то уже больше сотни. Да и Семену под восемьдесят, а выглядит на полтинник. На своих людей я магии не жалею и делаю все от меня зависящее, чтобы им жизнь продлить. Огорчает одно — детишек в деревнях мало рождаться стало, да и в город многие хотят перебраться, а там за ними уследить и помочь в случае-чего не могу. Эх, вот и сегодня трое парней из Лесной (деревня так называется), решили в бега податься. И чего им на природе не сидится? Не, уйти не смогут, хотя и карту местности нарисовали и по звездам решили ориентироваться. Семен, тем временем, слегка похлопал по щекам Ивана и тот в себя пришел. — Это что было? — спросил служивый. — Кулак мой, — хмыкнул Семен. — Вставай и пошли. — Куда? — прищурился этот незваный гость. — До дома! В гостях уже побывали и скажи Смотрителю спасибо, что жизнь тебе оставил, — покачал головой староста. — И никаких последствий? — уточнил Иван. Семен замялся, не знает, что сказать и может ли показать записку. Созданный мной ветерок вырвал лист с приказом старосте и в лицо Ивана его швырнул. Тот прочел и нахмурился, хотел что-то сказать, но в последний момент язык прикусил, только головой кивнул, да на ноги встал, а потом, как-то растерянно произнес: — Смотритель, ты прости Ивана-дурака, не со злым умыслом пришел, из-за любопытства. Ха! Три раза! Так я ему и поверил! Да и после него одни убытки, с лешим придется коньяком делиться. Этот прохиндей лесной меньше, чем за сто грамм мне паркет не восстановит. |
