Почти вся ночь ушла, на обыск огромной территории, хотя с виду казалось, что обойти её не составит большого труда. Только ближе к рассвету Игорь наконец-то успокоился, окончательно убедившись в том, что теперь Кремль принадлежит ему.

Он оставил Долбоёба с его молчаливой армией мертвецов на страже, отпустил друзей отдыхать, а сам отправился в Сенатский дворец, чтобы примерить кресло, которое когда-то согревала задница первого лица государства.

Войдя в кабинет, он на некоторое время замер, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Но так и не почувствовал ничего особенного. Никакого трепета или душевного подъёма. Эмоции всё так же оставались вне досягаемости. Ничего особенного не случилось и тогда, когда он уселся за стол, откинувшись на спинку удобного кресла.

Он даже попробовал закинуть ноги на столешницу, но быстро их убрал и, подхватив какой-то документ, поспешил стряхнуть с неё мусор, который налетел с ботинок.

Как вдруг тишину разорвал телефонный звонок, заставив Игоря вздрогнуть от неожиданности.

— Алё, — подняв трубку, бросил он в микрофон.

— Ну и как тебе? — прозвучал на другом конце вкрадчивый, гипнотизирующий голос Господина.

— Да что-то не очень, честно говоря, — ответил Игорь. — Я ожидал бо́льшего.

— Пха-х, — не выдержал и усмехнулся собеседник. — Ты в своём уме? Твоя жопа сидит на стуле главы государства!

— И чё? — покрыл нерушимым аргументом Кочетков.

— Разве этого мало? Что же ещё тебе нужно? — не скрывая удивления, спросил Господин.

— Меня всё устраивает, — флегматично ответил Игорь. — А вот тебе, похоже, что-то от меня нужно. Зачем звонишь?

— А тебя не смутил тот факт, что мне известен этот номер?

— Мне похуй.

— Цык-цык-цык, — поцокал языком тот. — Зря. На твоём месте я бы хорошенько подумал, какими ресурсами может обладать человек моего уровня?

— Ты позвонил, чтобы пиписьками помериться? — огрызнулся Кочетков. — Тогда ты не по адресу. Могу пригласить к трубке Грека, он любит общаться на эти темы.

— Когда же ты наконец поймёшь, что я тебе не враг?

— А я вообще не знаю, кто ты.

— У тебя есть сутки, чтобы свалить из Москвы, — резко перешёл на деловой тон Господин.

— А если я откажусь?

— Тогда ты будешь идиотом, от которого останется лишь тень на стене, да и то вряд ли.

— Ты мне угрожаешь?

— Я пытаюсь защитить свои инвестиции. Как думаешь, сколько времени потребуется остаткам правительства, чтобы принять решение о ядерном ударе?

— Ты чё несёшь? Какому правительству? Они все давно сдохли.

— Уверен?

— Они не станут бомбить самих себя, — уже без былой твёрдости произнёс Кочетков, и это не ускользнуло от Господина.

— Ещё как станут. Да, может, распространение вируса они таким образом и не остановят, но избавятся от огромного количества заражённых одним ударом.

— И почему я должен тебе верить?

— А ты не верь, просто прими к сведению вероятность.

— Да кто ты такой, чёрт тебя подери⁈ И какого хуя тебе от меня надо⁈

— Всему своё время, мой мальчик, — сладким голосом ответил Господин. — Уходи из Москвы. Скоро у тебя будет много работы.

Игорь собирался ещё что-то сказать, но в динамике уже звучали короткие гудки отбоя.

Он ещё несколько минут просидел с трубкой возле уха, глядя в одну точку. Его не покидало ощущение, что он всё ещё чья-то марионетка, пляшущая под незатейливую мелодию дудочника. Да и глупо было полагать, что, убив Астахова, он вдруг станет самостоятельным. Слишком много усилий этот Господин положил на то, чтобы уничтожить привычный порядок.