— Я акционер одного крупного холдинга. У нас элеваторы, хозяйства свои, МТС…

— Простите, что?

— МТС — машинно-тракторная станция. Ну, знаете, хозяйств у нас много, в каждом держать свою технику полностью не выгодно. Мы подержанные комбайны в Германии купили, и привезли сюда. Создали отдельное предприятие. Теперь они по договорам убирают зерно. Сначала в одном хозяйстве, потом в другом, а если есть возможность — то и за деньги услуги оказываем. Вот. Зерно у нас хорошее. Да что там скромничать! Отличное у нас зерно! Вот, все что можно, гоним на Запад. Твердую пшеницу, гречиху, подсолнечник — все, что берут.

— А берут?

— Еще как! С руками отрывают… Вот вы знаете, что самые лучшие итальянские макароны делают из нашей пшеницы?

— Неужели? — усмехнулась Лариса.

Шувалов даже немного обиделся:

— Да — да! Между прочим, именно так. У них не растет такая пшеница как в нашей зоне. Климат у них не тот.

— А как же раньше-то они без нее обходились?

На такой простой и резонный вопрос Андрей Иванович не сразу и ответ-то нашел:

— Обходились как-то… Но качество было не то! Я же говорю, самые лучшие макароны итальянцы делают из нашей пшеницы. А все остальное — хуже.

Принесли заказ. Шувалов разлил в последний раз шампанское, они выпили и приступили к еде. На время разговор прервался.

Возобновила его Лариса.

— А вы, Андрей, я так понимаю, руководитель?

Андрей Иванович проглотил кусок бифштекса, и, вытирая рот салфеткой, ответил:

— Нет, я просто акционер. Мне руководящая работа не нравится. Я не хочу в офисе сидеть. Я заготовителем работаю. Езжу по всей области, договора на поставку зерна заключаю.

— А зачем это, если у вас свое зерно?

— Да все очень просто. У нас не хватает своих объемов. Очень часто есть хороший заказ, а нам закрыть его нечем. А ведь это очень хорошие деньги! Вот и закупаем еще все, что можно, чтобы партнеров не упустить.

— Сложная работа?

Шувалов разоткровенничался. Спиртное развязало ему язык.

— Да, конечно, сложная. Найди, а ведь нужно не абы какое зерно, нужно качественное. А найди такое! И чтобы согласился продать, и по той цене, по которой предложишь… Сложно, языком надо вертеть, не переставая. Язык надо тренировать. Знаете, как замполиты язык тренируют?

— Как?

— А вот так!

Андрей Иванович образно показал, как он вываливает язык на стол и массирует его руками. Лариса засмеялась: звонко, как колокольчик.

— А вы смешной! Ну и сколько вам приносит эта тяжелая работа языком?

Андрей Иванович не только не насторожился, (а собственно говоря, почему надо было? Обычное человеческое любопытство), но с большим самодовольством ответил:

— Я купил новую квартиру.

Лариса улыбнулась:

— Здорово. А вот нам — бюджетникам — это не светит.

Шувалов осекся, и даже почувствовал нечто вроде вины за свое бахвальство.

— Да уж, — сказал он. — С государством не разбогатеешь. Мы вот всех приличных специалистов из НИИ сельского хозяйства к себе на фирму перетащили… Что там за зарплаты! У нас в одном хозяйстве есть лаборатория, так там у них возможностей для исследований на порядок больше, чем было в этом институте.

— А зачем вам свои лаборатории, интересно?

— Ну как зачем? А качество зерна проверять? Мы же не можем на экспорт поставлять абы что!.