— Ладно. Позаботьтесь об этом. Потом передадите его материал под начало нашего царицынского егеря. Что там со следующим? Кандидат 2-А, если я не ошибаюсь? — Он потер пальцем бровь. — Очень высокий потенциал.

— Отказался, как и прогнозировалось. Я предлагаю перейти с ним сразу ко второй фазе давления. Высокий потенциал требует, на мой взгляд, Шокового воздействия.

— Не стоит спешить. Тем более что операция нами уже развернута. Давайте действовать по плану, возможно, что вообще не потребуется подключения второй фазы, — такие редкие способности подразумевают разумный анализ. Здесь одинаково возможны два варианта: либо он согласится сразу, как только осознает, с чем ему придется столкнуться, либо упрется намертво, до последней стадии.

— Но, господин Стратег. Я повидал немало кандидатов и не думаю…

— В данном случае вам не надо думать, — перебил Стратег. ~Яи сам был когда-то кандидатом группы "А". Да, представьте себе. Так что я знаю, о чем говорю.

— Я в этом не сомневаюсь. — Наводящий слегка склонил голову. Он многое бы отдал, чтобы узнать, поступил ли сам Стратег в то время разумно или упорствовал до последней стадии. Но он не имел права задавать подобных вопросов — шеф открывал ему лишь то, что считал нужным. Валентин досчитал мысленно до пяти и понял, что Стратег не склонен с ним на сей счет откровенничать. Тогда он поднял голову и продолжил: — Хочу обратить ваше внимание на ту молодую особу, с которой он собрался отправиться в бега. Процент не велик, но возможно, я повторяю, возможно, она может представлять для нас интерес как стрелок…

— Кто? Та красотка, игравшая с ним в гей-клубе? Побойтесь бога, Валентин, по-моему, вы немного переусердствовали.

— Но, господин Стратег, вы сами говорили о необходимости расширять нашу кадровую базу…

— Да, я говорил, что нам нужны кадры, причем во всех возможных областях. Но не вербовать же каждую шлюху, научившуюся бить по шарам! Они, говорите, собрались в поездку?

— Да, в Северную Пальмиру.

— Так устройте ей черную полосу. Пусть беспечную девицу так прижмут обстоятельства, чтобы она и думать забыла о развлекательных вояжах.

— Мы так и планировали. Тогда и наш кандидат останется в проигрыше — ведь он к ней неравнодушен.

— Странно, но похоже, что так. Зацепить бильярдную шлюшку в гей-клубе и везти ее в Пальмиру… Не понимаю. Но… Словом, действуйте, и жду вас завтра, как всегда, с отчетом.

* * *

Проснувшись уже под вечер, Ян поразмыслил над перспективой вновь отправиться в центр, но в конце концов ее отринул: вчера случай подкинул ему денежного противника, пожалуй, не стоит больше искушать судьбу. Из дому, правда, выйти пришлось — чтобы поужинать в кафе, расположенном через улицу. Потом Ян навестил соседний магазин в порядке пополнения съестных припасов. Дома всегда должно что-то иметься на предмет перекусить и выпить, даже если у тебя нет привычки питаться регулярно.

Теперь Ян заметил, что его не покидает ощущение, будто он постоянно находится под прицелом. Ерунда, конечно. Ведь не собираются же снайперы в самом деле его шлепнуть? Об этом разговора не было, да и нужен он им, исходя из всего, сказанного Валентином.

«Как он там выразился — возможность корректировать события? Обеспечивать падения неугодным, а угодным взлеты? Угодным кому? Тут все зависит от прицела, вот в чем дело. Ближний — это ясно так, мелочи, сиюминутные разборки. А вот дальний, о котором визитер, кстати, так и не обмолвился ни словом… Дальний — это наверняка что-то посерьезнее. И как далеко дело заходит, неизвестно — тут открывается простор воображению».