— Давно пора, — прогудел мистер Мелроуз. — В этом году нас еще ни разу как следует не заметало.

— Ну и шуточки у тебя, — заметила миссис Мелроуз, протягивая мужу тост с сыром.

— Я вовсе не шучу. Для меня зима не зима, пока не увижу, как на Гроссвил обрушиваются лавины снега, и не услышу, как воет буйный северный ветер.

— А наш город превращается в остров из снега и льда, — добавила Саманта.

— Почему в остров? — спросил ее отец.

— Потому что во время урагана к нам никто не может добраться и отсюда никто не может выбраться. Аэропорт закрыт, дороги заметены.

— А ты что, куда-то собралась, дочка?

— Да нет, это я так, к слову. А скорее всего, они, как всегда, ошибаются.

— Кто? — спросила мать.

— Да синоптики. Если они говорят, что ураган будет пятнадцатого, то он, скорее всего, будет двадцать пятого. Или десятого. Или его вообще не будет.

— Обязательно будет, без него никак. Не помню ни одной зимы без урагана, — заметил отец.

— Ну и на здоровье, — сказала Саманта. — Уж чем-чем, а ураганом меня не напугаешь. Есть вещи и пострашнее.

— Что, например? — спросила мать.

Саманта пожала плечами.

— Например, скука.

— Тебе здесь скучно?

— Да нет, нормально.

— Я понимаю, после Флориды, после работы в газете, где всегда что-то происходит, для тебя здесь настоящее болото, — сказала мать. — И я все-таки не понимаю, почему ты не хочешь попробовать устроиться в наш гроссвильский еженедельник? Я уверена, они бы тебя взяли. Для начала хотя бы внештатным сотрудником…

Миссис Мелроуз в последнее время очень беспокоило состояние Саманты. Она стала какая-то вялая, безжизненная, бродила как привидение и даже перестала дурачиться с племянниками. Когда она приехала, то была совсем не такой. Конечно, мать тогда знала, что дочку постигли разочарования и время от времени ее мучают мрачные мысли, но все равно она была другой… живой, жизнерадостной, радовалась своему возвращению, наслаждалась природой Гроссвила и общением со старыми знакомыми.

А особенно веселой она стала, когда приехали те ее друзья из Флориды. Миссис Мелроуз с удовольствием наблюдала, как засияли глаза Саманты, как она весело смеялась и с увлечением выступала в роли гида и проводника по Гроссвилу. Может, дело в этом пареньке, Джереми? Когда он уехал, месяц назад, Саманта стала сама не своя. Хотя, скорее всего, дело в чем-то другом. Ведь Джереми явно оказывал ей знаки внимания, но она этого как будто не замечала. Наверное, Саманта все еще не может забыть того парня, из-за которого она убежала из Флориды. От него она убежала, а от себя-то не убежишь…

Саманта не очень-то с ней откровенна в том, что касается личных дел. Миссис Мелроуз понимала ее скрытный характер и никогда не лезла с бестактными вопросами. Но ее сердце больно сжималось от сознания того, что у дочки что-то не ладится…

— Мам, давай не будем об этом, — ответила тем временем Саманта, чем вывела мать из задумчивости. — Разве вам не нужна моя помощь в магазине?

— Нужна, конечно. Но, если ты найдешь что-то, что тебе больше по душе, мы справимся. Наймем кого-нибудь, если будет нужно.

— Я хочу сегодня поехать в охотничий домик, — заявила Саманта.

— И что ты там собираешься делать? — удивилась мать.

— Так, осмотрюсь, разведу огонь в камине, вытру пыль… Мы с Роджером и Моникой хотели как-нибудь съездить туда на уик-энд. Надо навести порядок.