– Убейте ее! – тыча в сторону Серовой кулаком, заорала Татьяна.

– Уберите, – промычал Мамелюк.

Один из парней сильным рывком отбросил Надежду к стене и угрожающе бросил:

– Не дергайся. Пришибу!

Второй обхватил Татьяну за талию и выволок из комнаты.

– Кто ее впустил? – промычал Мамелюк.

– Он. – Вбежавшая Фатима кивнула на появившегося на пороге коренастого парня.

С пронзительным криком Мамелюк впечатал ему каблук в живот. Мощный пинок, разбив лицо, сбил на пол.

– А ты, сучка, – процедил Мамелюк, – как только кончится твое время, моей будешь. Я тебя, шкура позорная, по косточкам разберу!

– Мама! – испуганно воскликнул выбежавший из другой комнаты мальчик.

– И твоих щенков лично утоплю! – яростно пообещал Мамелюк. Мелкими шагами, прижимая ладони к низу живота, вышел.

– Все хорошо. – Женщина бросилась к мальчику. – Успокойся. Пойдем, Алеша. – Закрывая собой валявшегося с окровавленным лицом парня, Надя поспешно повела сына в другую комнату.

– Привет, – взглянул на него сидевший за столом средних лет мужчина.

– Вы меня звали, вот я…

– Садись, – бросил Якин. Эмир поспешно сел. – Что у тебя за гостья там? – сразу перешел к делу хозяин кабинета.

– Да так, – растерянно пролепетал Игорь, – знакомая одна. Не моя, – поспешно добавил он. – Меня просили…

– Вот что, Игорек, – Якин раздвинул толстые губы в улыбке, – чтобы завтра ее не было. Устрой где хочешь. Но чтобы у тебя в особняке, вернее, в особняке моей дочери ее не было. – Считая разговор оконченным, он надел очки и стал просматривать бумаги.

– До свидания. – Эмир вскочил и попятился к двери. – Сучка, – зло выдохнул он. – Накапала.

– Я должен охранять ее и детей, – спокойно возразил стоявший у двери Мамелюк. – В том, что ты смогла…

– Не тыкай мне! – Обернувшись, она обожгла его злым взглядом.

– В том, что вы вошли к ней, – никак не прореагировав на ее возглас, продолжил он, – виноват парень, стоявший у двери. Он будет наказан.

– Вот что, – она швырнула запачканный кровью платок ему в лицо, – она тебе, знаменитому бойцу, каратисту черного пояса, из яиц яичницу сделала! И тебе плевать на это? Самолюбие у тебя, в конце концов, есть?

Он улыбнулся.

– Самолюбие есть. И вы в этом очень скоро убедитесь. – Бросил платок на пол и вышел.

– Стоять! – заорала она. – Я не отпускала тебя! – Ответом ей был стук закрывшейся двери. – Подонок! – Она запустила в дверь флакон духов. Под мелкий перестук посыпавшихся на пол осколков комнату наполнил нежный аромат. – Я вам устрою! – прорычала Татьяна и бросилась к радиотелефону.

– Ты отцу звонишь? – услышала она голос сзади. В комнате стоял Эмир.

– Да! – выкрикнула Татьяна. – Мне надоело.

– Ее сейчас отвезут, – с трудом сдерживаясь, сказал он. – А Мамелюк будет наказан.

– А она?! – заорала Татьяна. – Видишь, что она со мной сделала? – вскинув лицо, дотронулась кончиком пальца до немного припухшего носа. – Видишь?

– Ты первая начала, – дрожащим от ярости голосом проговорил он.