– О Господи, Либ! Прости! Я не могу. Мне нужно… Это было так давно!

Его толчки стали такими лихорадочными, будто он потерял рассудок. Либби двигалась вместе с Алеком, не отрывая от него жаждущих глаз и ощущая, как в ней растет такое же желание, как у него, и чувствуя, что буря внутри ее доходит до самой высшей точки.

И тогда внутри раздался взрыв, сотрясая ее, разбивая вдребезги и его. И прежде всего – сокрушая все иллюзии выкинуть из жизни Алека. Никогда в жизни она не забудет этого человека. Совершенно обессилевший, Алек лежал на ней; его спина под ее ласковыми руками была скользкая от пота. Блаженно закрыв глаза, Либби задремала под тяжестью его теплого тела, глубоко вдыхая запах соленого воздуха, пота и любви, впервые за восемь лет испытывая ощущение полного покоя. Именно этого она и хотела, именно это было ей так необходимо: страсть, это обладание и вот этот мужчина.

И к чему бы она ни готовилась заранее, утром, даже если и очень захочет, никогда не сможет полностью почувствовать, что освободилась от любви к нему.

Надо научиться смотреть правде в глаза, ведь она уже не та девочка с распахнутыми глазами, что была прежде. Хорошо это, плохо ли – кто знает?

Они связаны настоящей любовью, и, возможно, навеки; в этом нет сомнений. Только теперь она твердо стоит на земле. Алека она, конечно, не забудет никогда, но и наивные иллюзии стать счастливой исчезли.

Когда-то давно он разбил ей сердце, бросив ее ради другой женщины. Даже если теперь она и пустила его в свою жизнь, это еще не значит, что сможет снова поверить.

Либби поспала, хотя и недолго. Но в тот момент, когда проснулась в объятиях Алека, слыша его тихое дыхание, щекочущее ухо, все волнения вернулись.

– Знаешь, все было даже лучше, чём раньше, – сказал Алек слегка охрипшим, но в высшей степени удовлетворенным голосом.

Значит, ему был нужен только секс? – подумала Либби и в нерешительности повернулась к нему. Его улыбка мгновенно исчезла с лица, челюсть напряглась.

– Тебе не понравилось?

Застигнутая врасплох, Либби смущенно покачала головой.

Рот Алека исказился от обиды.

– Он так хорош, твой Майкл? Скучаешь по нему?

На Либби сразу нашло озарение, она поняла, что он имеет в виду, и это ее отрезвило. Так вот что он о ней думает? Что она провела несколько последних ночей с Майклом, а теперь, поскольку он уехал, переметнулась к Алеку?

Резко отвернувшись, Либби села, свесив ноги с кровати. Протянув руку, Алек схватил ее за плечо.

– О нет, не уходи!

Резким движением она оттолкнула его.

– Пусти, Алек!

– Никогда в жизни. Я смогу сделать тебя счастливой. Я уверен – смогу.

Либби снова попыталась скинуть его руку.

– У нас здесь что, состязания в борьбе, черт побери?

– Ты думаешь, я не знаю меры? Знаю.

Либби поняла, что надо сопротивляться. Чистое безумство – таять от его прикосновений, но она была слишком смущена и растерянна. Всего несколько часов назад Алек вернул ее в прошлое, напомнил о чистой, безоблачной любви. Вновь она испытала святость этого чудесного чувства. И… все напрасно.

Либби не знала, что делать, как себя вести. Однако Алек своей напористостью не дал ей возможности принять какое-либо решение: он настроился снова заняться с ней любовью, да еще с такой настойчивостью, которая буквально ее потрясла. После недолгой внутренней борьбы с собой Либби сдалась, наслаждаясь ощущениями, которые возникали внутри ее, как только они с Алеком снова стали единым целым.

После Алек с трудом поднял Голову от груди Либби и посмотрел на нее сверху своими темными, немигающими глазами. И Либби, пытаясь собраться с мыслями, все это время тревожащими душу, пристально смотрела на него.