|
У его жены дрожали приоткрытые губы, а взгляд остановился в детской беспомощности.
— НАЙДИТЕ ЕГО! — рычание Йенса Бьерре раздавалось в зимнем сумраке. — НАЙДИТЕ МОЕГО СЫНА!
8
— Берегите голову.
Шефер приподнял полосатую ленту, закрывавшую парадный вход в школу Нюхольм, и махнул рукой, приглашая пройти: После вас.
Анна София Бьерре пригнулась и шагнула вперёд.
Она была хрупкого телосложения, отметил про себя Шефер. Её русые волосы были распущены и красиво, непринуждённо обрамляли лицо. Августин сообщила Шеферу, что Анна София работала учителем немецкого и английского в частной школе неподалёку от их с Конни дома. Он также знал, что они с Йенсом Бьерре были вместе четырнадцать лет, из которых двенадцать состояли в браке, и что Лукас — их единственный сын.
— Сюда, пожалуйста, — сказал Шефер и опередил её одним широким шагом.
— Куда мы идём? — безэмоционально спросила она. И, обхватив себя руками, добавила: — Где мой муж?
— Он беседует с моей коллегой. Будьте любезны присесть, она через минуту подойдёт к вам, — Шефер указал на стул, стоявший в классе.
Анна София Бьерре схватила его за кулак обеими руками. Её руки были холодны.
— Вы пообещаете мне, что найдёте Лукаса?
Шефер встретил её проникновенный, несколько растерянный взгляд. В её дыхании чувствовался алкоголь.
— Здесь работают наши лучшие люди, — сказал он, и это было чистой правдой.
За прошедший час школу Нюхольм и окрестности наводнили полицейские. Сотрудники Отдела по раскрытию преступлений против личности, кинологи и криминалисты прочёсывали чердаки, мусорные контейнеры, квартиры и сады на задних двориках старых домов Севарнеса, многие из которых круглый год пустовали. Был составлен список адресов, по которым проживали люди, совершавшие ранее преступления сексуального характера в этом районе, и полицейские уже собирались к ним наведаться. Ориентировка с приметами и фотографией Лукаса Бьерре была разослана патрульным инспекторам и в полицейские участки по всей стране, а рядовые сотрудники собирали данные с камер видеонаблюдения в районе.
Но пока никаких следов мальчика найдено не было.
— Пообещайте мне, что найдёте его, — повторила Анна София Бьерре.
Шефер улыбнулся своей ни к чему не обязывающей улыбкой и положил руку ей на плечо.
— Посидите в этом классе, пожалуйста, а моя коллега подойдёт через минуту, хорошо? Подождите здесь.
Она нехотя вошла в класс. Потом снова обернулась к двери:
— Шефер? Так вас зовут?
Он кивнул.
— Сколько у вас было подобных дел? Таких, когда пропадали дети?
— Много.
— А сколько детей вернулось домой?
Шефер немного помедлил:
— Большинство.
Он оставил Анну Софию Бьерре и пошёл в помещение, которое располагалось неподалёку. Все классы в этом коридоре школы были временно переоборудованы в комнаты для допроса, где следователи опрашивали свидетелей и родственников.
— Так, давайте проговорим всё ещё раз. — Шефер протянул стакан воды Йенсу Бьерре. — Очень важно, чтобы мы собрали как можно больше деталей. Они сейчас могут казаться незначительными: люди, которых вы встречали по дороге, настроение Лукаса и всё такое.
Йенс Бьерре кивнул.
Он не снимал тренчкот тёмно-синего цвета с поднятым шерстяным воротником. На маленьком школьном стульчике он смотрелся странно и непропорционально. Парта была похожа на спичечный коробок, а колени Йенса поднимались ему почти до ушей. Он сидел, не открывая глаз и закрыв лицо руками. На смену животному страху, обуявшему его на школьном дворе, пришли жажда облегчения и мольба о помощи. |