Она поцеловала его, и ему пришлось сжать губы, чтобы не застонать.

— Я начала воровать, чтобы накормить Ал… Мэйси, — ответила Брайд. — Она была всего лишь ребенком, брошенным на улицах, словно кусок мусора. Мне то еда ни к чему, но ей нужна, поэтому я доставала пишу для нее. Я воровала для себя на протяжении многих лет, одежда, обувь, подобные вещи, но времени было достаточно, поэтому не оттачивала эти навыки. Просто ждала, когда представится возможность. С Мэйси я не могла ждать, и не всегда все заканчивалось успешно. Было несколько столкновений с полицейскими, пока не выучила лучшие методы. После того как мы разделились, я усовершенствовала их, чтобы не забыть к ее возвращению. Ну и еще мне нравились красивые вещи. Что на счет тебя? Какое детство было у тебя.

— Меня баловали, — сказал Девин, взвешивая каждое слово. Он молился, чтобы она оставила эту тему. Даже Даллас не знал о родителях Девина, об унизительном времени, проведенном в темной камере. О его позоре.

Она вновь поцеловала его сосок.

— Это ни о чем мне не сказало. Избалованный не значит счастливый.

Нет, не значит. Но этот поцелуй такой сладкий, не требующий ничего взамен, заставил поблекнуть его мрачные воспоминания, как ничто и никогда раньше. Даже секс.

— Меня тоже… подавляли. — Ладно, этого достаточно. Он быстро сменил тему разговора, пока не размяк и не рассказал ей обо всем. Придет ли она в ужас от его поступка? Согласиться ли с отцом, что Девин плохой, непослушный мальчик, нуждающийся в кастрации? — Как часто тебе нужно кормится?

— Чтобы оставаться на пике силы, мне нужно есть один раз в день, но я обходилась без пищи неделями. Ну, без нормального питания.

И она голодала. Этого не должно повториться. Не пока она с ним.

— Ты будешь есть раз в день, и закончим на этом.

— Ты не выдержишь. Да и у кого получилось бы? Поэтому я могу…

— Черт, нет, не будешь, — добавил он. — Я выдержу.

Мысль, что она пьет из кого-то другого, разбудила в нем зверя. Мысль, что Брайд будет голодать, потому что не верила в его способность дать ей больше, заставила зверя зарычать.

— Кроме того, ты не сможешь удержать в себе чужую кровь.

Она разозлилась.

— Это не правда. Я же говорила, что усваивала первые глотки, прежде чем меня рвало.

— Даже не пытайся, Брайд. — Девин так сильно стиснул зубы, что с трудом говорил. Он мог не захотеть остаться с ней навсегда, но, черт возьми, хотел ее прямо сейчас. — Клянусь, что убью любого, из кого ты выпьешь. — Прежде чем она смогла ответить, Девин сел и прижал ее к себе. — Нам нужно в душ. Пойдем.

Он встал, потянув ее за собой. К счастью, Брайд не сопротивлялась. Девин переплел их пальцы и повел её к лестнице.

— Мы, как минимум, должны одеться, — пробормотала она на полпути.

— Зачем? Мы одни. Я дал прислуге выходной.

Ее глаза расширились, когда она уставила на него.

— У тебя есть прислуга?

— У нас есть прислуга, и да. Восьмеро.

Они все были Аркадианцами, подаренными ему Кирианом де Арром.

— Ты спал с кем-нибудь из них?

Вопрос вызвал в нем любопытство, а не гнев. Ее не отталкивают мысли о нем с кем-то другим? Девин поднял челюсть. Он угрожал убить всех, из кого Брайд выпьет, а в ней не вспыхнула даже искра ревности?

— Я никогда не был с Аркадианками раньше, поэтому взял в постель четверых в первую же неделю, когда переехал.

Она рассмеялась. По-настоящему рассмеялась.

— Боже, ну ты и кобель.