— Не суди их слишком строго. У тебя появились знаки… — он наклонился вперед и, когда вновь заговорил, прошептал слова, словно проклятье, — …нефрети.

Ее охватила дрожь ужаса.

— Что это? — прошептала она. Египетская царица?

Его губы сжались в тонкую линию, словно даже мысли об этом приносят боль.

— Ими отмечены вампиры, которые более могущественны, чем кто-либо может быть. У них не единственная необычная способность, как принято, а сразу все. Они неуправляемы и неудержимы, поэтому считаются опасными для королевской семьи, для всех, и их убивают, когда вычисляют.

Девин вытащил один из тех деревянных кинжалов, которые взял на аукцион, до того, как воин сказал последнее слово. Таргон подбросил его в воздух, словно совсем не беспокоился.

— Не думаю, что нужно говорить, но, если коснешься ее, я на кусочки тебя нарежу.

— Такой подозрительный. — МакКилл покачал головой. К счастью, он не вспылил при виде оружия. — Я не привел бы ее сюда, чтобы убить. Я помог отправить ее на поверхность, в конечном итоге гарантировав жизнь. Поскольку Брайд считалась моей невестой, я часто навещал ее и любил как свою собственную.

К концу речи, он выжидательно на нее посмотрел.

— Я не помню тебя, — призналась она. — Я не помню ничего об этом месте.

Он вновь вздохнул.

— Нет, на другое я и не рассчитывал. Твоя мать забрала воспоминания о времени, проведенном здесь, чтобы ты никогда не вернулась.

Итак. Вот почему Брайд понятия не имела кто или что она.

— Она могла бы просто сказать мне, держаться подальше. Я бы послушалась.

— Мы не хотели рисковать.

Даже понимание того, что это сделали для ее же блага, не уменьшало боли. Брайд хотела схватить кинжал, который Девин теперь держал у бедра, и проткнуть что-нибудь.

— Все считают, что ты мертва, — сказал МакКилл. — Как главнокомандующий королевской армии, это я приказал убить тебя. Благодаря моей репутации, никто не усомнился, что я выполню это. И собирался это сделать. Но не смог. Даже когда ты… повлияла на меня. Поэтому мы пометили тебя, твоя мать и я, и отправили на поверхность. Как я сказал, вскоре после этого она умерла.

— От болезни. Какой? Я никогда не болела, поэтому предположила, что другие вампиры тоже.

МакКилл пожал плечами.

— Возможно, болезнь неправильное слово. Она… ты уверена, что хочешь узнать?

— Да. И раз ты в курсе, я всего в двух секундах от того, чтобы не напасть на тебя ради информации.

Хотя стало ясно, что он не принял ее угрозы всерьез, но ответил:

— Она умерла от голода.

Брайд услышала скрытый в этих словах смысл. Ее мать отказалась есть. Когда она схватилась за живот, чтобы унять внезапную резь, Девин притянул ее к себе. «В конце концов, меня любили», — подумала Брайд. Откровение успокоило боль, которую она скрывала, но принесло тоску. Мать любила ее, но покончила с собой после ухода Брайд.

— Я хочу помнить ее, — сказала она мягко.

— Боюсь, я не смогу тебе с этим помочь. Она не просто похоронила твои воспоминания, а стерла их. Такова ее способность. И я знаю, о чем ты думаешь. Почему она просто не стерла память о тебе у людей отсюда? Здесь слишком много жителей, а твоя сила росла бы с каждым днем. Ей пришлось бы стирать воспоминания каждый день всю твою оставшуюся жизнь. Однажды, она бы что-нибудь упустила, и слова о твоем присутствии просочились.

Она развела руки в стороны.

— Если у меня есть все способности, разве не должна я уметь стирать воспоминания? Останавливать время?

— Скорее всего.