«Почему он сделал это?» — подумала Брайд в тысячный раз. Она забрала у него Нолана, перехитрила на глазах у его друга, Далласа, и угрожала отрезать ему яйца, если он причинит боль Алие. Однако Девин всё равно пришёл и обезглавил её врага. Потому что только она знала, где находился Нолан? Нет, это не может быть правдой. Он бы не убил так Тома, если бы просто хотел узнать местоположение Нолана.

Она не понимала Девина. Он был обольстителем и воином, прелестным и одновременно бессердечным, эгоцентричным, но добрым. В той квартире он мог заставить её лечь на кровать, развести ноги в стороны и принять его, однако не сделал этого. Девин подарил ей сладчайшие поцелуи, нежнейшие прикосновения, а потом отпустил.

Почему? Ведь ему было плевать на неё. Для него она была одной из тысячи (а может, и миллиона) женщин. Новинкой. Которую легко забыть. Так ведь?

«Я хочу быть большим для него». Это желание пронеслось по ней, и Брайд горько рассмеялась. Что за хрень? Ни за что! Она ни за что не позволит себе заботиться о нём или мечтать о невозможном. А вот наслаждаться им, да. Она была должна ему три поцелуя, и отдаст их. Потому что она всегда отдавала долг, а не потому что желала этих поцелуев больше, чем желала сделать следующий вдох. Но дать Девину большее? Нет, чёрт возьми. Она слишком ценила себя, чтобы позволить ему воспользоваться ею и бросить.

— Брайд?

Моргнув, она попыталась сфокусировать взгляд на Нолане.

— А?

Он вздохнул.

— Я думал, ты уснула.

Скорее не уснула, а отупела.

— Почти. Я же сказала, что устала. Если хочешь, чтобы я не уснула, расскажи что-нибудь интересное. Например, как тебе удалось сопротивляться мысленному контролю Девина над твоим телом.

В серебристых глазах мелькнул расчётливый блеск, из-за чего они засияли, как бриллианты.

— Дай мне бокал того вина, и расскажу.

Чёрт!

— Мы же договорились подождать до завтра.

— Это глупая идея была твоей.

Она поднялась и, доковыляв до кухни, приготовила ему ещё один бокал вина, сумев выжать из ранки на руке всего несколько капель крови. Отдав Нолану напиток, Брайд снова завалилась на диван и почувствовала, что стала в тысячу раз слабее.

— Боже, у меня даже нет сил, чтобы врезать тебе за то, что заставил меня двигаться, — пробормотала она.

Нолан выпил всё вино до последней капли и даже облизал край бокала.

— Такое. Офигенное.

— Не забывай, что ты мне должен.

— Ладно. Я говорил тебе, что болезнь во мне живая. Ну, так этот вирус может изменяться, чтобы защищать себя. Когда он наиболее силён, я слаб, поэтому он контролирует меня. Во время той битвы в переулке вирус как-то перестроил мои энергетические молекулы, если можно так сказать. Они разделялись и вращались, поэтому Девин не мог ухватиться за них и подчинить меня своей воле.

Облом. Она ни за что не позволит заразить себя только ради того, чтобы обыграть Девина.

— Расскажешь мне о своей предыдущей неволе? — Потому что, если Брайд не будет осторожна, то же может случиться и с ней. Боже, во что она ввязалась?

— Конечно, почему бы и нет? Это лучше, чем сидеть в тишине.

— Как долго тебя удерживали в А.У.Ч?

Иной пожал плечами.

— Около месяца. Может и больше. Сложно понять, день сейчас или ночь, когда на улицу тебя не выпускают.

Брайд повернулась на бок, положив ладони под щеку.

— А есть другие твоего вида?

— Здесь больше нет. Агенты А.У.Ч их убили.

— Но они спасли тебя.