Остаток дня и вечер Сидней посвятил разработке истории о паддингтонской банде.

В среду он отправился в Ипсвич, оставил машину на стоянке снял в банке 20 фунтов и сел в лондонский поезд. С собой Сидней взял небольшой дорожный несессер, принадлежавший Алисии, по виду вполне годившийся и для мужчины. Он рассчитывал вер нуться через два–три дня. Приехав в Лондон, он вспомнил, что забыл позвонить Брокузю. Инспектора не оказалось в Ипсвиче, но Сиднею было оставлено поручение: «Позвоните на полицейский пост Кинг–стрит в Брайтоне и свяжитесь с мистером Макинтошем». Имя было типично полицейское, и стоявшее перед ним «мистер» указывало на высокий чин. Сидней знал, что в Англии, во всяком случае у врачей, так принято.

С Ливерпульского вокзала Сидней добирался до вокзала Виктория на автобусе, очень медленно и с постоянными остановками из–за пробок, но ему было безразлично, когда он попадет в Брайтон. Шансов обнаружить Алисию в каком–нибудь ресторане в восемь часов вечера было столько же, как на пляже после полудня. Но Сидней не думал, что Алисия живет в самом Брайтоне, там было слишком много полиции. С вокзала Виктория, узнав, что до ближайшего скорого в Брайтон остается еще сорок пять минут, он позвонил Алексу спросить, нет ли каких–нибудь новостей о «Лэ–ше»?

– Что ты делаешь в Лондоне?

– Я еду в Брайтон, чтобы участвовать в поисках Алисии, – ответил Сидней. – Я позвонил спросить, нет ли известий от Пламмера.

– О, старик, я получил ответ утром. Они его купили.

– Отлично. Сколько дали?

– Восемьсот фунтов за историю.

– Гм. Не слишком–то густо, но тоже неплохо. Надеюсь, ты продолжаешь вкалывать?

– Конечно. Ты… ты не мог бы заглянуть ко мне на несколько минут?

– Нет, извини, я не хочу опаздывать на поезд. А что такое?

– Да… все та же история с полицией. Знаешь, Сид… действительно есть вероятность того, что все полетит к черту с «Гранадой».

– Почему?

Но тут же он и сам все понял.

– На заявке есть и твое имя. А если ты окажешься в тюрьме, старик?

– Я не собираюсь попадать в тюрьму. В конце концов, по одним только подозрениям людей не сажают в тюрьму, – насторожившись, ответил Сидней.

– Да, конечно, но, допустим, что произойдет самое худшее.

– Ничего не произойдет. Именно за этим я и еду в Брайтон. Чтобы поймать свою загулявшую супругу.

– Ясно… Позвони мне из Брайтона, ладно?

– Договорились, – без всякого энтузиазма ответил Сидней. Но при мысли об успехе хорошее настроение вернулось. – Наконец–то дело стронулось с места, Алекс. Ты уже сообщил Хитти?

– Да–да.

– Привет, Алекс.

– Пока.

Конечно же. Алекс позвонил Хитти. Но вот ему он не позвонил, хотя Сидней до одиннадцати был дома. Сидней подозревал, что происходит сейчас в голове Алекса. Тот думал, что, если положение Сиднея осложнится, это не пойдет на пользу «Лэшу», но сам он может остаться единственным обладателем прав.