Ганн сделал то, что его просили, и принялся греть руки у открытого огня.

– Тебе лучше поторопиться, – сказал он, – а то мы тут поджаримся.

Питт потянул длинный рычаг, и паровозик слегка дернулся вперед.

– Понятно, это тормоз. Думаю, я понял, какой переключатель для чего. Когда мы проедем мимо дробилки, прыгай и сразу укройся внутри.

– А что будет с поездом?

– Экспресс «Пушечное ядро», – ухмыльнулся Питт, – проследует без остановок.

Питт подвинул рычаг хода, открыл дроссельную заслонку, и локомотив медленно, словно неуверенно, дернулся вперед под аккомпанемент клацающих вагонов. Рычаг дроссельной заслонки он передвинул до упора. Ведущие колеса несколько раз провернулись, прежде чем вошли в сцепление со ржавыми рельсами. Поезд покатился вперед.

Паровозик, набирая скорость, пропыхтел мимо здания столовой. Открылась дверь, и вышел один из террористов. Он поднял руку в приветственном жесте, но тут же отпрянул, заметив свесившиеся из окон тела. Очень быстро, словно растаяв в воздухе, он скрылся внутри здания, громко выкрикивая что-то по-арабски. Питт и Ганн выпустили по автоматной очереди по двери и окнам здания, а паровозик вез их дальше к дробилке. Питт посмотрел на несущуюся назад землю и прикинул, что скорость паровозика где-то между пятнадцатью и двадцатью километрами в час.

Питт потянул на себя рычаг подачи гудка и привязал его, оторвав от своей лыжной куртки завязку. Рвущийся через медный свисток пар резал воздух как бритва.

– Приготовься прыгать! – крикнул он Ганну.

Ганн не ответил. Он взирал на мелькающую внизу насыпь, словно собирался прыгать с реактивного самолета.

– Пошел! – крикнул Питт.

Они коснулись земли и побежали, спотыкаясь, скользя, но все же удерживаясь на ногах. Не было времени ни сомневаться, ни даже перевести дыхание. Они бежали вдоль поезда к двери дробилки, подбежав к которой оба синхронно споткнулись о порог, влетели в помещение и приземлились на пол.

Первым, кого увидел Питт, был возвышающийся над ним Джордино, держащий наготове автомат.

– Я видел, как вас выбрасывали из пивнушки, – мрачно сообщил он, – но впервые наблюдаю, как вас сбросили с поезда.

– Это небольшая потеря, – беззаботно сказал Питт, с трудом поднимаясь на ноги, – там все равно не было мягкого вагона.

– Мы слышали огонь. Это вы или они?

– Мы.

– Были попутчики?

– Как взбесившиеся осы из разоренного гнезда, – ответил Питт. – У нас осталось немного времени, чтобы подготовиться к осаде.

– Им лучше стрелять поосторожнее, иначе их вертолет может сломаться.

– Мы максимально используем это преимущество.

Финдли как раз закончил связывать охранника и механиков, находившихся в самом центре зала.

– Куда их?

– Оставьте там, где они есть. Они там в такой же безопасности, как в любом другом месте, – ответил Питт. Он внимательно оглядел интерьер помещения, в середине которого находилась дробильная установка. – Ал, ты и Финдли, возьмите всю мебель или оборудование, которое сможете сдвинуть с места, и превратите дробильную установку в форт. Руди и я задержим террористов сколько сможем.

– Форт в форте, – сказал Финдли.

– Для обороны здания такой величины необходимо не меньше двадцати человек, – объяснил Питт. – У террористов есть единственная надежда получить свой вертолет в целости – это взорвать главный вход и всем скопом ворваться внутрь.