Какого-то времени прихода магии в мир не было. Просто ведьмы, колдуны и прочие мифические персонажи не канули в Лету, а постепенно развились до состояния, когда хороший психоэнергет, мог одним ударом вбить в землю роту солдат, не имеющих защиты от подобных воздействий.

Школ, где обучали психоэнергетиков существовало немало и все они принадлежали государству, тщательно контролировались и каждый выпускник был на особом учёте, хотя таковых в крупной стране могло насчитываться каждый сотый, а то и более.

Читал Владимир быстро, поэтому через час, встречал санитарку с блаженной улыбкой и парой газет, смятых в плотный словно деревяшка ком.

Видимо предыдущий владелец тела мял газеты как-то по-другому потому что санитарка удивилась, но собрала макулатуру и вынесла. Затем одела Владимира, и повела гулять по двору, причём не просто оставила одного, а стала таскать его словно лошадь по кругу, в хорошем темпе. Через полчаса появилась докторица, загнавшая его под душ, а после промяла тело массажем, и посадила складывать какие-то детские головоломки из ярких квадратиков и треугольников. Ещё через час пришла ещё одна дама, которая уже работала непосредственно с обучающими моделями, и даже показывала большой красочный букварь, показывая буквы, и объясняя значение отдельных слов.

Исполнять роль идиота всегда непросто, особенно когда не можешь расслабиться ни на минуту, но Владимир отрывался ночью, бродя по дому, и собирая газеты, журналы и вообще знакомясь с миром, например, слушая телевизор, который смотрели офицеры охраны в комнате, прозванной ими «кают-компания». А поскольку нужда в сиделке отпала, и санитарка больше не ночевала в комнате, то Володя по ночам занимался в комнате, разминая отлично развитое, но зажатое тело.

В домах призрения просто так не кормили, и самых крепких сдавали внаём на фабрики и заводы, где они трудились на самых тяжёлых работах. Естественно, что при таких нагрузках, и кормёжка была нормальной, ибо сдать убогих на посильные работы — грех невеликий, а вот уморить находящегося на попечении государства это уже каторга. Вот и вырос Владимир крепким, жилистым и без малейших следов жира на рельефной мускулистой фигуре. Плюс красивое правильное лицо, и целительница, отмывая его и массируя, всегда очень жалела, что совершенное тело досталось дебилу.

Так прошло несколько дней, и опытный педагог, Лариса Николаевна Семёнова, начала что-то подозревать. То-ли по моторике Владимира, то-ли ещё по чему, но её взгляд, на подопечного стал из внимательно — сочувствующего, остро-подозрительным, и Володя уже думал как ему залегендировать своё возвращение в разумное состояние, как всё решилось самым неожиданным образом.

Часов около трёх, когда дом давно спал, а Владимир растягивал мышцы и вообще раскачивал организм резкими движениями и ката, что-то мягкое, словно дуновение ветерка, прошло по комнате, заставив воздух на мгновение вспыхнуть серебристым сиянием вокруг тела.

— Что за нах? — Владимир остановился, и пройдясь по комнате, бросил короткий взгляд во двор. Часовой у ворот, который обычно читал газету, или ещё как убивал время, лежал головой на столе, а его автомат валялся на полу. Падение такой железки не могло не разбудить часового, поэтому юноша подошёл к двери и прислушался. Сначала было тихо, а затем стали негромко шелестеть открываемые двери.

Владимир метнулся к кровати и достав из-под неё тёплое одеяло, кинул его на матрас и накрыв сверху более тонким под которым спал всё время, изобразил что-то вроде лежащего тела, и замер за дверью.