– Ну!.. – возмутился Артем. – Вот хоть сегодня без этого обойтись могли бы?

Никто не тронулся с места. Ребята переглядывались между собой, и в их глазах ясно читался назревающий бунт.

– Боевая тревога! – раздался из динамиков голос Гридина. – Боевая тревога! Для дебильных повторяю: не учебная!

– Началось! – крикнула Даша, вскакивая со стула.

Похватав оружие и снаряжение, мы замерли в ожидании приказа на вылет. Где хоул, куда летим, на чем? Самолет, вертолеты?.. Кто летит, какая группа?.. Приказ не поступал. Напряжение росло. Началась движуха, и вскоре весь выпуск столпился в центре управления и ведущих в него коридорах.

– Где хоул? – крикнул кто-то сзади. – Эй, операторы?..

– Африка, Танзания, – ответили ему спереди. – Национальный парк Серенгети. А операторов ты не отвлекай.

– Картинка есть?

– Есть, есть. Пока со спутника.

– Нет, почему? Вот с беспилотников пошла передача – там наша экостанция рядом.

– Подвиньтесь, эй!

– Счас, ага.

– Нет, правда! Ничего не вижу!

– Да пропустите вы уже вперед этого любителя картинок…

Мы с Дашей оказались в первых рядах и хорошо видели все, что выводилось на экраны. Саванна вокруг хоула была на полкилометра завалена будто бы кусками черных сот с ячейками в метр или около того. Дальше горела трава, еще дальше мчались в клубах дыма и пыли обезумевшие слоны, жирафы и антилопы. Некоторые животные тоже горели, падали, бились в агонии, а между ними метались какие-то твари, похожие на гигантских скорпионов. Сам хоул выглядел совсем не так, как мы привыкли: это была просто дыра, большая черная дыра в никуда, а из нее одно за другим медленно выбирались огромные существа, похожие на марсианские боевые треножники. Сбоку из дыма вынырнул вертолет, ударил из пулеметов, и одно из существ со стоном и ревом начало заваливаться на бок. Чудище рядом разинуло пасть, по вертолету хлестнула струя огня, и он взорвался.

Что же там за мир такой – по ту сторону дыры? Неужели Сатанаил? Первый же хоул – и сразу туда? Чье это гнездо там разворотило?..

Вокруг хоула кружили два беспилотника ОСП, один ближе, другой дальше. Но это были всего лишь наблюдатели, и поддержать военных они не могли.

– Кто там сейчас?

– Танзанийская армия.

– А наши?

– Пока нет. Пока на подходе.

– А мы чего?..

– А ничего. Должны уже лететь давно.

В центр управления протиснулся Гридин:

– А ну живо все отсюда! Все, кроме моей группы!

Скауты начали вытягиваться в коридоры. Остались только мы.

– И коридоры освободили! – крикнул вслед уходящим Гридин. – Чего возбудились-то? Ну как новички, ей богу. Всем по выговору!

– Почему тормозим? – спросил Артем.

– А я знаю? – ответил Гридин. – Общемировой сводки пока не было. Может, десять хоулов разом по всей планете открылись. И «Противодействие» еще не решило, в какие нас надо засунуть в первую очередь.

В двух километрах от хоула в далекой Танзании гигантские скорпионы валили и рвали в лоскутья палатки туристического лагеря. В трех километрах они гнались за виляющей по саванне машиной. Еще дальше их расстреливали из пулеметов и давили колесами бронетранспортеры. Хоул медленно рос в размерах – в первые часы жизни он пропускал сквозь себя что угодно и сразу помногу, и это «что угодно и много» перло из него на Землю.