Он шмыгнул носом, с подозрением покосился на Глеба и принял папку. Сел и углубился в чтение, шевеля губами.

Глеб посмотрел на меня.

— Очень трогательно, — сказал он. — Не знал, что ты таешь при виде ребенка. Между прочим, могла бы выбрать не такого сопливого.

Мальчишка издал носом долгий хлюпающий звук. Глеб протянул ему бумажную салфетку.

— Высморкайся, — велел он.

— Сам сморкайся! — отбрил мальчишка. — Нашелся Ален Делон! У тебя морда небритая!

— Что? — спросил Глеб, и я впервые увидела, как он растерялся.

Это было настолько комичное зрелище, что я не выдержала, и расхохоталась. Мальчишка заерзал на стуле.

— Молоток! — похвалила я, отсмеявшись. — Так держать! Никому не давай себя в обиду! Ну, ты выбрал?

— Выбрал, — буркнул тот.

Я поманила официантку. Та приблизилась к нам с томной заученной грацией.

— Заказывай, — сказала я мальчишке.

Тот возбужденно заерзал на стуле.

— Короче! Сто грамм шоколадного мороженого, сто грамм вишневого и сто апельсинового! Шоколадный мусс! Молочный коктейль! Чипсы «Лейс» с беконом и сыром! — Подумал и добавил: — И «Стиморол» без сахара.

— А ты не лопнешь? — хмуро осведомился Глеб.

— Не бойся, не лопну, — пообещал мальчишка.

Официантка перевела на меня вопросительный взгляд.

— Несите, — сказала я. Официантка удалилась.

— Ну? — спросил Глеб, дождавшись ее ухода. — Может, объяснишь, в чем дело?

— Мальчик предложил купить один сувенир, — сказала я. — Он мне очень понравился.

— А-а-а, — протянул Глеб разочарованно. — И все, что ли? Ну и на фиг ты его сюда притащила? Купила бы, и дело с концом.

— У меня деньги кончились, — слукавила я. — Хотела у тебя попросить.

Глеб пожал плечами. Достал из кармана пачку купюр, отделил от нее сторублевую бумажку.

— Держи, сопляк, — сказал он добродушно. — Сдачи не надо.

Мальчишка многозначительно посмотрел на меня. Почуял, стервец, что сувенир мне нравится и я готова костьми лечь, но не выпускать его из рук.

— Еще девять сотен, — сказала я Глебу.

— Что?! — Глеб вытаращил глаза.

— Сувенир стоит тысячу рублей, — объяснил пацан снисходительным тоном.

— А у тебя морда не треснет? — осведомился Глеб.

— Иди, побрейся, — не остался в долгу мой юный друг.

Глеб побагровел от гнева.

— Плати! — приказала я коротко.

Глеб отсчитал от пачки еще девять сотенных купюр, присоединил их к первой. Подвинул стопку к мальчишке, велел:

— Отдавай свою фигню.

— Ничего не фигня!

— Ладно, ладно, — перебил Глеб. — Катя, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Мальчик сунул руку за пазуху, но тут подоспела официантка с мороженым и чипсами. Выгрузила на стол содержимое подноса, спросила, глядя в окно:

— Посчитать все вместе?

— Естественно, — ответила я.

Официантка кивнула и томно удалилась.

Мальчишка придвинул к себе креманку с разноцветными шариками мороженого.

— Ты мне отдай украшение, — напомнила я.

— Ах да! — спохватился малолетний вымогатель.

Сунул руку за пазуху, достал оттуда мою покупку и сунул мне в руку под столом.