— Тебе следует начать с дома в Лондоне. Я знаю, ты хотел, чтобы я жила там. Но у меня другие планы. Полагаю, мне лучше на время уехать за границу…

Рейли поднялся и прошелся по комнате. Кэссиди не могла оторвать от него взгляда. В нем было все, о чем только может мечтать женщина. Он был великодушен, щедр и красив. У него была чарующая улыбка, и от одного его взгляда сердце сладко сжималось. Когда-то он казался ей благородным рыцарем, который спас ее, когда она была еще девочкой. Она мечтала, что он станет отцом ее ребенка, и надеялась найти в нем мужа, с которым ее не будут мучить ночные кошмары… Но он никогда всецело не принадлежал ей, и теперь она должна была с ним расстаться.

Рейли наполнил бокалы бренди. Один он протянул Кэссиди, но та отрицательно покачала головой.

Выпив бренди, Рейли повернулся к жене.

— Это мне должно помочь объясниться, — сказал он.

— Тебе не о чем беспокоиться, Рейли, — ответила она. — Я хорошо помню договор, который мы заклкючили перед нашей свадьбой, и хочу, чтобы он остался в силе.

Он пристально взглянул ей в глаза, словно хотел отыскать в них что-то очень важное.

— Ты хочешь сказать, что можешь бросить ребенка?

Кэссиди не заплакала и даже не подала виду, что ей больно, но — Боже правый! — как она страдала в этот момент.

— Я готовилась к тому, чтобы остаться верной нашему договору, Рейли.

Он протяжно вздохнул. Боль потери, словно клещами, стиснула сердце.

— Я надеялся, что во время моего отсутствия ты привяжешься к ребенку и уже не сможешь его бросить… — пробормотал он.

Кэссидн в ужасе всплеснула руками.

— Ты говоришь это, чтобы мучить меня? — воскликнула она.

Он отошел от нее и снова присел на край письменного стола.

— Если ты хочешь знать мое мнение о том, что значит мучить другого человека, я могу тебе это рассказать…

— Я знаю, Рейли. Я прекрасно понимаю, что чувствуешь, когда любишь одного человека, а жить приходится с другим…

Эти слова ошеломили Рейли, но он быстро пришел в себя.

— Ты имеешь в виду меня? — поинтересовался он.

— Я знаю, как ты относишься к мисс Канде, — сказала Кэссиди.

Не выдержав, он стукнул кулаком по столу.

— А я не уверен, что ты это знаешь! — воскликнул он. — Я сказал тебе, что встречался с Габриэллой, но не сказал зачем. И, кажется, напрасно.

— В этом нет никакой необходимости, Рейли. Я всегда знала, как ты к ней относишься.

— Кэссиди, неужели ты забыла слова Лавинии о том, что это она прислала ко мне Габриэллу?

— Я этого не слышала… — призналась Кэссиди.

— Это и понятно. Тебе было не до того, — кивнул Рейли. — Но вернемся к Габриэлле! Она приехала сюда, потому что думала, что я ее звал. Габриэлла получила письмо, подписанное моим именем.

— Не может быть!

— Но это именно так. И автор письма — Лавиния!

— Бедная женщина! Она совершенно помешалась…

— Закончим разговор о Габриэлле, — напомнил Рейли. — В тот день мне стало жаль ее. Лавиния так жестоко над ней посмеялась. Кроме того, я чувствовал себя немного виноватым перед ней. Ведь я трусливо уехал после нашей с тобой свадьбы, хотя должен был рассказать ей обо всем в первую очередь. Я допустил, что о моей женитьбе она узнала от посторонних. Я поступил дурно…

— Ты прервал с ней связь сразу после нашей свадьбы? — изумилась Кэссиди.