— Наверное, она очень красива, Эстелла, — с болью произнесла Габриэлла.

— Это вовсе не обязательно, — возразила подруга. — Ты же знаешь, как это принято у благородных господ — они без любви берут в жены девушек из своего круга, даже если те не блещут красотой… А вот свою любовь они, как правило, отдают не жене, а любовнице! — воскликнула она, и ее глаза заблестели.

Габриэлла была бы рада поверить Эстелле, но ее точил червь сомнения.

— Откуда тебе знать, что жена Рейли некрасива, если ты ее даже не видела?

Мадам Эстелла внимательно посмотрела на Габриэллу. Несмотря на то, что та тратила много денег на наряды, у нее был довольно вульгарный вкус. Габриэлла была миловидна, но ее губы были очерчены весьма грубо, а туалет был слишком ярок и криклив.

— Конечно, — кивнула Эстелла, — я еще не видела ее, но она придет сюда завтра в полдень вместе со своей тетушкой леди Мэри, чтобы примерить новые платья.

Габриэлла вскочила на ноги.

— Я буду здесь, когда они приедут, и сама на нее посмотрю! Я еще проучу Рейли и заставлю пожалеть, что он так неуважительно поступил с Габриэллой Канде! Не очень-то я боюсь соперничества с деревенской девчонкой!

Мадам Эстеллу терзали противоречивые чувства. С одной стороны, герцог Равенуорт исключительно щедро оплачивал счета Габриэллы, и, если бы та осталась его любовницей, это принесло бы мадам новые барыши. С другой стороны, Эстелла никак не могла допустить, чтобы Габриэлла встретилась с женой Рейли в ее заведении. Темпераментная подруга могла устроить скандал, а это могло повредить репутации ее салона.

— Дорогая, мы с тобой подруги, — пробормотала она, — и я готова сделать для тебя все что угодно. За исключением одного. Я не могу позволить тебе находиться здесь, когда приедет герцогиня Равенуорт. Пойми, это будет настоящий скандал. Можно представить, как разозлится его светлость, когда узнает об этой встрече! Это погубит мое заведение!

— Эстелла, жена Рейли даже не будет знать, кто я такая, — заверила подругу Габриэлла. — Я просто хочу разок на нее взглянуть, а потом незаметно уйду. Никто, даже Рейли, не узнает, что я была здесь.

Мадам Эстелле слишком хорошо был известен бурный темперамент Габриэллы, чтобы поверить в то, что все обойдется без скандала. Однако они были подругами, и Эстелла неохотно согласилась.

— Герцог поступил дурно, не сообщив тебе о своей женитьбе, — сказала она. — В общем, если ты обещаешь, что не попытаешься заговорить с герцогиней, я позволю тебе прийти…

В глазах Габриэллы промелькнул странный огонек.

— Даю тебе честное слово, что не скажу ей ни слова! — поклялась она.

Кэссид выглянула из окна тетушкиной кареты и увидела, что погода начала портиться.

— На обратном пути мы попадем под дождь, тетушка Мэри, — сказала она.

— Да, пожалуй, — согласилась тетушка, окидывая племянницу придирчивым взглядом.

За тот месяц, который успел минуть после свадьбы, Кэссиди необыкновенно похорошела. Когда-то мертвенно-бледные, ее щеки теперь цвели, как розы. Ее зеленые глаза жизнерадостно сверкали, а волосы начали виться и блестеть, как настоящее золото. Конечно, она все еще была слишком хрупкой, но тетушка прониклась уверенностью, что скоро Кэссиди наберет вес и приобретет прежние округлые формы.

— Ты выглядишь счастливой, дорогая! — заметила леди Мэри.

— Так оно и есть, тетушка.