— Александр Сергеевич, — перед ним стояла секретарша директора, от которой явственно тянуло испугом. — Там приехала полиция и представитель учредительного совета. Директор требует вас. Срочно.

— У меня поединок, — Ветеран кивнул на арену, но понял, что отмазаться вряд ли получится. — Насколько всё срочно!

— Борис Максимович так кричал! — секретарша прижала руки к своим пышным сиськам и выпучила глаза. — Я думала сознание потеряю от страха. Сказал немедленно быть или уволит всех.

— Твою… — физруку от досады хотелось что-нибудь сломать, но он сдержал себя в руках и повернулся с своему коллеге, пялящемуся на арену. — Вадим! Меня директор вызывает. Срочно. Ты остаёшься здесь. Ничего не трогай! Я потом проверю. Если узнаю, что ты отключил подавители, то лучше сам повесься, будет не так больно.

— Александр Сергеевич! — с неподдельной обидой начал тот, но Ветеран был неумолим.

— Я уже шестьдесят лет Александр Сергеевич! — взгляд физрука не сулил ничего хорошего. — И давно знаю, что ты продался Бжостовскому душой и телом. Поэтому предупреждаю. Понял меня? Отлично! Идём! Давай быстрее, я не хочу надолго оставлять поединок без присмотра!

Анастасия не понимала, что происходит, но поймав торжествующий взгляд Казимира догадалась, что ничего хорошего. Впрочем, в то, что второй физрук, оставшись без присмотра Александра Сергеевича отключит подавители она не верила. Гагин разошёлся не на шутку, сопротивление Тимофея распалило в нём жажду боя, и дело вполне могло закончиться трагедией. А значит будет расследование и пусть девушка потеряла позиции внутри клана, всё равно она оставалась аристократкой. И была способна устроить продавшемуся преподавателю ад на земле. Судя по опасливым взглядам, он это понимал, как и то, что Бжостовские не будут ссориться с Добровольскими из-за какого-то простолюдина, что бы там ему Казимир не обещал. Значит ничего страшного случиться не должно, либо… она что-то упускает. И именно в этот момент, словно в ответ на её мысли на арене погас свет.

— Что происходит⁈ — девушки подскочили, осматриваясь и держась наготове. — В чём дело!

— Подавители! — первой дошло, как ни странно, до Илмы. — Они же на электричестве работают!!!

— Не только, — а вот теперь Анастасия поняла весь замысел своего женишка. — Взгляни на арену. Видишь? Тени!

Действительно, когда отключился свет, довольно объёмное помещение арены не погрузилось во тьму, потому что под потолком шёл ряд больших окон, позволяющих в значительной степени рассеять мрак. Это было сделано для экономии электроэнергии, ведь подавители Ломоносова-Кюри и так жрали электричество как пара кирпичных заводов. Но из-за своего расположения сейчас окна сыграли с Тимофеем злую шутку, и вся арена оказалась укутана тенями. И это послужило спусковым крючком для Павла, уже дошедшего до нужной кондиции.

— Ять!!! — Тим едва успел метнуться в сторону, чтобы тут же рухнуть на песок, пропуская над собой сотканный из тени серп. — Что за нахер?!!

— Не вставай!!! — Анастасия сжала кулаки, жалея, что не может кинуться на арену, ведь вбитые в подкорку правила запрещали вмешиваться в чужой поединок. Это могло быть истолковано как нападение на представителя клана, а значит, привести к серьёзным последствиям.