Туманные тропы встретили путешественников знакомой хмарью. Бросив взгляд на мини-карту Тим двинулся по привычному маршруту, хотя подозревал, что всё это лишь видимость. Что есть стороны света в месте, где этого самого света никогда не было? И какая разница куда идти, вправо или влево, если на самом деле направлений тут не существует? С другой стороны, имеет ли смысл забивать себе голову тем, что не можешь осознать? Может рано или поздно понимание само придёт, тогда какая польза от излишних умствований сейчас, которые, к тому же могут привести к неприятным последствиям. Задумаешься и пропустишь опасную тварь. А тут они все опасные.

В итоге Тим выкинул из головы всё лишнее, сосредоточившись на тропе, и довольно быстро наткнулся на отходящую от основного пути тонкую тропинку. Судя по её виду, она вела или к миру, куда никто не ходит или к Осколку. Тиму подходило и то и другое, у него не было желания устраивать длинный рейд, поэтому парень без колебаний свернул, сверившись с показаниями Компаса. Тот показывал, что впереди что-то есть и не очень далеко, хотя как определять расстояние на Туманных тропах Тим ещё не понял. Скорее всего как бедуины, по времени, которое проходит верблюд. Корабли пустыни, как известно, двигаются всегда с одной скоростью, так что такой метод имел право на жизнь и действительно не прошло и получаса, как парень наткнулся на знакомый водоворот тумана, означающий конец путешествия. И бесстрашно шагнул вперёд, гадая, каким будет новая локация.

И замер, восхищённый величием громадной огненной горы. Вулкан был старым, почти потухшим, даже лава уже остыла и была холодной словно обычный камень, но при этом он ничуть не утратил своего величия. Словно древний воин, ушедший на покой, при одном взгляде, на которого видятся схвати и сражения, в которых он побывал. Такое место сто процентов можно было считать значительным, и Тим ничуть не удивился бы, если бы узнал, что, когда Осколок ещё был цельным миром, местные племена приносили ему жертвы. Весьма вероятно, кровавые и даже человеческие, дабы успокоить гнев суровой горы.

— Потрясающе! — Тим с трудом оторвался от созерцания вулкана и полез в поясную сумку, подзывая к себе Птаха. — Давай, давай, не ной. Сам потом спасибо скажешь!

Причины усиливать питомца у парня были и не только потому что он хотел проверить как работают новые зелья. Магическое зрение подсказало ему, что гора населена, и далеко не факт, что жители встретят их хлебом солью. Скорее совсем наоборот, хотя бы потому что «Малые лавовые саламандры», как обозвала их «Оценка», с рейтингом опасности в пять единиц, вряд ли умели печь хлеб. Зато скорее всего могли плеваться огнём. Или лавой. Последнее даже хуже, потому что огонь хотя бы сбить можно и потушить, а ты поди охлади сгусток расплавленного камня.

Твари оказались крупными, с хорошую собаку ростом, напоминающие юрких ящериц, только более мощных, и с головами, украшенными практически оленьими рогами. Тоже оружие, как и хвост, светившийся от высокой температуры. Лезть к ним в ближний бой станет только идиот, ну или Птах. Того никому не сбить с пути, ему плевать куда идти. И всё равно Тим потратил почти половину часа, втолковывая птице тактику боя. Да, казуары особым умом не отличались, но Птах был не обычным животным, а призывом, к тому же обязан был слушаться юношу. Поэтому у Тимофея оставалась надежда, что он сработает как надо. Наскок, удар лапой или клювом и тут же отход.

— Курлы-ы-ы!! — наконец взвыл Птах, которого Тим окончательно задолбал и тот был готов куда угодно, хоть прямиком в вулкан, лишь бы подальше от этого зануды. — Кар!!!

— Ч-чего⁈ — от неожиданности парень шлёпнулся на задницу, в шоке уставившись на казуара. — Чего ты сказал?

— Курлы? — птица с невинной мордой принялась что-то раскапывать в лаве. — Кур-кур-лы.

— Быр-р-р-р!!! — помотал головой Тимофей.