— Помнит он… — на самом деле мне было приятно. — Так чего такая важная шишка как спецкор из самого ТАСС меня разыскивает? Кстати, ты из журналистики вроде уходить собирался, на вольные хлеба. Квизы какие-то, франшиза… Наизобретали слов новомодных, курва, даже с поллитром не разберешься. Так что — не сбежал?

— Однако! — он глянул на меня подозрительно. — Вы что — и вправду за мной следили? Может и свечку над кроватью держали?

— Свечку не держал, но баба твоя — дура. Кинул бы ты ее, пока она тебя со свету не сжила.

— Хм! — молодой спецкор отодвинулся от меня подальше, на несколько сантиметров. — Ну, я знал что вы человек необычный, и говорили о вас всякое, мол будущее предсказываете, но… Я больше верю в то, что у вас друзья в ГРУ и САМ.

— Одно другому не мешает, — усмехнулся я. — Так что там за дело-то?

— Привет от Ахмад-Шаха, — оскалился мой собеседник. — Я пару дней как из Кабула. Панджшерский Лев передавал вам сердечный шалом… То есть — салам, конечно — салам! Велел кланяться. И вот еще — мумиё! Он передал мумиё, оно у меня в кофре, на мотоцикле. Говорит — для суставов полезно.

Мумиё от Масуда. Мило до дрожи! Но тоже — приятно. Сколько мы не виделись? Десять лет? Ахмад-Шах всё еще держит Афганистан в ежовых рукавицах, хотя и передал власть официально Львенку… Нет, не соберусь я к нему, кого я обманываю? Мое место теперь тут — студентам лекции читать, по городу прогуливаться, жене кофе варить, с внучками нянькаться. Хотя чего с ними нянькаться? Они сами кого хочешь занянькают! Красавицы выросли, умницы и вообще — много девок мало не бывает, у меня внучек на целое стрелковое отделение теперь наберется, считая младшенькую! И все — блондинки, что характерно. Вот что Полесье животворящее делает, а?

— Так я вот о чем подумал, Герман Викторович… — он пригладил волосы рукой и полез за пазуху кожанки за планшетом.

Планшет был толковый, горизонтовский. С таким планшетом диктофоны, фотоаппараты и видеокамеры и нахрен не нужны, не планшет, а мечта журналиста!

— И? Не тяни кота за резину, а то мне еще за внучкой на конезавод в Озерщину ехать. За младшенькой.

— Так может я вас отвезу? — и он принялся прятать планшет обратно. — А пока вашу внучку ждать будем, вы мне расскажете о том, как началась ваша дружба с Масудом и я сделаю классный материал — не в ТАСС, а в «Комсомолку», например? Про вас-то они точно опубликуют… А такси уже обратно вызовите?

Я с сомнением посмотрел на чоппер:

— Смерти моей хочешь? Угробить решил старика? На пепелаце этом ехать еще… Придумал чертовщину!

— Обижаете! Домчу в лучшем виде! — оскорбился этот до боли знакомый и самым невероятным образом родной мне парень. — Соглашайтесь!

— В конце концов, какие мои годы? — я, тихо матернувшись, встал и по-гагарински махнул рукой. — Поехали!

Он заторопился к мотоциклу, а я шел за ним и думал, что меня всё-таки разорвало на сотню маленьких медвежат и мир не рухнул. И, как бы безумно это не звучало, я был рад что всё-таки не дал себе упустить уникальную в своем роде возможность подвезти самого себя на мотоцикл