|
Все вроде бы выглядит таким же, как всегда: парадные двери закрыты, знакомые машины припаркованы на площадках перед домами, никаких чужих машин нет. Гудки в моей трубке резко обрываются. Женский голос:
– Здравствуйте, вы позвонили в службу спасения. С какой службой вас соединить? Пожарная охрана, полиция, скорая медицинская помощь?
– С полицией, – говорю я и слышу в собственном голосе истерические нотки. – Пожалуйста, поскорее.
– Соединяю.
В трубке звучит мужской голос. Спокойный и уверенный.
– Здравствуйте, назовите, пожалуйста, ваши имя и фамилию.
– Кирсти Ролингз.
– Откуда вы звоните, Кирсти?
– Магнолия-Клоуз, дом четыре, – выпаливаю я. Повторяю адрес на тот случай, если он сразу не расслышал: – Дом четыре. Магнолия-Клоуз. Уимборн. Дорсет.
– Что у вас случилось? – спрашивает он.
– Какие-то злоумышленники пытаются похитить ребенка.
– Злоумышленники сейчас в вашем доме?
– Нет, не в моем. Они в каком-то другом доме. Где-то по соседству.
– По какому адресу?
– Не знаю. Я услышала их через радионяню. Не знаю, где они, но они сказали, что собираются забрать ребенка. Возможно, они похищают его прямо сейчас.
– Прошу вас, сохраняйте спокойствие. Мы вышлем кого-нибудь на ваш адрес. К вам приедут через несколько минут.
– Хорошо, пожалуйста, поторопитесь. – Я зажмуриваюсь, моля о том, чтобы они успели вовремя. Мне невыносима мысль о том, что будет с ребенком, если они не успеют.
Глава 2
Несмотря на опустившуюся ночь, все еще жарко. Обычно в Британии такого лета не бывает – с тяжелой, влажной жарой, которая висит в воздухе после заката. Я решаю первым делом пойти к соседнему дому. Но прежде чем я ступаю на тротуар, в наш «анклав» въезжает полицейская машина.
Я поднимаю свободную руку и машу им. Дейзи уже проснулась и таращится на меня. Ее взгляд прикован к моему лицу. Пока что она ведет себя спокойно. Ей нравится у меня на руках. Машина останавливается перед автомобильной площадкой, и оттуда вылезают два офицера в форме. Я иду им навстречу.
– Кирсти Ролингз? – с мягким дорсетским говором спрашивает тот, что повыше. На его губах появляется снисходительная улыбка, когда он видит Дейзи.
– Да, – нервно отвечаю я.
– Мы можем пройти в дом? – спрашивает он. – Мы хотим поговорить о том, что вы слышали.
– Вы могли бы сначала проверить соседей? – говорю я. – Узнать, не пропадали ли у них дети.
– Мы предпочли бы сначала услышать от вас, что произошло. – Офицер указывает рукой на мою дверь. Он хочет, чтобы я пошла вверх по площадке, к дому, но я не могу допустить, чтобы они зря теряли время. Пока мы будем разговаривать, похитители, возможно, уже скроются через заднюю дверь какого-то дома.
– Разве диспетчер вам не сказал? – Я словно приросла к площадке. – Я слышала в радионяне голоса, там говорили, что хотят забрать ребенка.
– Чьего ребенка?
– В том-то и дело, что я не знаю. Прошу вас. Нам нужно поговорить с соседями. Проверить, не приехал ли к ним кто-нибудь с детьми.
– Что говорили голоса? – спросил другой офицер. – Вы запомнили?
– Что-то вроде «давай быстрее, забирай ребенка».
– Голос был мужским или женским?
– Мужским. Точно мужским.
– Мы можем взглянуть на приемник? – спросил высокий. |