– На каждую степень?

– На обе.

Судья Оптон стал слушать более внимательно, и Дэниел увидел, что Майк Грин заметно нервничает.

– По какому предмету вы специализировались?

– По теоцентрической медицине.

– Боюсь, я никогда о ней не слышала. Не могли бы вы объяснить судье Оптону, что это такое?

– Теоцентрическая – значит с Богом в центре. Безотносительно к религиозной конфессии, – ответила Фэруезер, не глядя на судью.

Дэниелу показалось, что она не обращается ни к кому в отдельности, словно отрешившись от происходящего.

– Доктор Фэруезер, "Темплтон" аккредитован в штате Орегон?

– Не думаю.

– И он не имеет государственной лицензии?

– Нет.

– Вернемся к вашим родителям. Скажите, отец жестоко обращался с вами в детстве?

– Возражаю. Абсолютно необоснованный вопрос.

Аманда встала.

– Напротив, ваша честь. Позвольте мне продолжить эту тему, и вы увидите, что она имеет прямое отношение к надежности и компетентности свидетеля.

Судья Оптон нахмурился. Некоторое время он раздумывал.

– Хорошо, можете продолжать. При условии, что ваши вопросы на самом деле обоснованны. Если у меня возникнут сомнения, я приму возражение мистера Грина.

– Спасибо, ваша честь. Доктор Фэруезер, отец жестоко обращался с вами в детстве?

– Да.

– Как он проявлял свою жестокость?

– Сексуально, физически и эмоционально.

– С какого возраста?

– Точно не помню. Мои ранние воспоминания начинаются с четырех или пяти лет.

– Что вы подразумеваете под словом "физически"?

– Побои, удушения, запирания в шкафу, – ответила доктор бесцветным и холодным тоном, словно передавала сообщения из вечерних новостей.

– А под словом "сексуально"?

– Ласки, половые сношения.

– Он вступил с вами в половую связь, когда вам было четыре года?

– Да.

– Что-нибудь еще?

– Содомия, оральный секс. Он... использовал предметы. Бутылки, разные вещи.

– Как долго это продолжалось?

– Пока я не ушла из семьи.

– В каком возрасте?

– В двадцать один год.

– Значит, в течение семнадцати лет?

– Да.

– Каждый год?

– Каждую неделю.

– Вы кому-нибудь говорили о том, что происходит?

– Я... кажется, я пыталась рассказать учителям... Не помню.

– Как вы объясните тот факт, что в разговоре со следователем ни один из ваших учителей не вспомнил о подобных жалобах?

– Я уже сказала, что не помню.

– Ваша мать знала о происходящем?

– Она в этом участвовала.

– Как?

– Занималась вместе со мной оральным сексом, вставляла предметы в мою вагину и анальное отверстие.

– Какие предметы?

– Ручку от метлы, оружие.

– Оружие?

– Да.

– Какое оружие?

– Не знаю.

– Это было ружье или пистолет?

– Не помню.

– Ваша сестра тоже подвергалась насилию?

– Думаю, да.

– Она когда-нибудь жаловалась на это?

– Дороти ничего не помнит.

– Но вы уверены, что ее тоже принуждали к сексу?

– С шести до семнадцати лет мы жили с ней в одной комнате, и я полагаю, что отец приходил в спальню и занимался сексом с моей сестрой.