|
Новое учение изрядно испортило простых людей, — покачав головой, изрек Крейк. — Оно вселило в них гордыню и надменность. Но может, вы придерживаетесь иного мнения? — спросил он, и в глазах его зажглись любопытные огоньки. — Я слышал, вы были убежденным приверженцем реформ. — Те времена давно миновали, — покачал я головой. — И ныне я не могу назвать себя приверженцем чего бы то ни было. — А помните наши студенческие годы? — со вздохом вопросил Крейк. — До того как Нэн Болейн перевернула всю страну с ног на голову, жизнь текла куда спокойнее. По крайней мере, все мы были уверены в завтрашнем дне и не ждали от него неприятных сюрпризов. — Человеку свойственно воспринимать прошедшее в радужном свете, — изрек я. — Возможно, вы правы, — кивнул Крейк. — И все же то были славные денечки. Когда я начал служить при дворе, там заправляла знать старой закалки. Эти люди не шли ни в какое сравнение с нынешними вельможами, поднявшимися из низов. Кромвеля больше нет, но при дворе по-прежнему полно людей низкого происхождения и самых низких устремлений. — Таков, например, Ричард Рич, — кивнул я. — Накануне я видел его в Йорке. Услыхав мои слова, Крейк едва не подпрыгнул на месте, чем немало меня поразил. — Вы знакомы с Ричем? — вопросил он, метнув на меня взгляд, в котором испуг мешался со злобой. — В Лондоне мне довелось вести дело, в котором ответчиком выступал Рич. Точнее, один из его ставленников. — Это не человек, а ядовитая змея! — с жаром заявил Крейк. — Вполне разделяю ваше мнение. Я ожидал, что Крейк объяснит мне причины столь жгучей неприязни. Однако он счел за благо переменить тему. — Скажите, удалось ли схватить злоумышленника, который на вас напал? — осведомился он. — Или хотя бы выяснить, кто это был? — Пока ничего не известно, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Но преступника непременно найдут. — Возможно, вы не знаете, но после нападения на вас мы усилили меры безопасности. Слишком много тревожных событий произошло в аббатстве за последние дни. Ведь очень может быть, смерть несчастного Олдройда была отнюдь не случайной. По крайней мере, по городу ходят упорные слухи, что его убили. — Вот как? — Да, — кивнул Крейк. — Так что, вы сами понимаете, у тех, кто отвечает за безопасность короля, есть веские основания для беспокойства. Мы и прежде не допускали в аббатство посторонних — в городе достаточно проходимцев, которые под видом слуг могут проникнуть в дома и утащить все, что плохо лежит. Но вчера я получил новое распоряжение, согласно которому всякого, кто пожелает проникнуть в аббатство, не имея соответствующих документов, следует непременно задержать и подвергнуть допросу. Как вы полагаете, сэр, эта мера оградит нас от новых удручающих происшествий? «Судя по всему, бывший мой однокашник пытается выудить у меня какие-нибудь сведения, — пронеслось у меня в голове. — Но для настоящего злоумышленника делает это слишком бесхитростно». — Не могу сказать ничего определенного, мастер Крейк. — Признаюсь, у меня душа ушла в пятки, когда Малеверер приказал меня обыскать. — Но вам нечего было опасаться. Убедившись в вашей невиновности, он освободил вас от всяких подозрений. Или он опять вызывал вас для беседы? — Слава богу, нет. |
