— Ты отказываешься от моего предложения? — спокойно спросил Стайл.

Гражданин насупился.

— Нет. Я просто считаю это идиотизмом, ты можешь и сам себе купить шапку, вместо того, чтобы требовать мою. Да и твоя одежда на меня все равно не налезет. — При этих словах мужчина погладил себя по раздутому животу — весил он раза в два больше Стайла.

— Значит, ты согласен на пари. — Стайл обвел взглядом остальных. — У кого-нибудь есть монетка с орлом и решкой, типа тех, что используются на соревнованиях в Турнире?

Один из Граждан кивнул в ответ.

— Я нумизмат и готов обменять монету на твою одежду.

Теперь Стайл удивился.

— Моя одежда уже поставлена на кон.

— Я думаю, ты блефуешь. Я не верю, что ты станешь раздеваться, значит, ты каким-то образом планируешь выиграть на подбрасывании. Если ты выиграешь, я получу твою одежду в качестве платы за использование монеты.

— А если я проиграю?

— Тогда, дабы поддержать этот театр абсурда, я отдам тебе свою одежду. Но ты не проиграешь, ты же можешь управлять монетой при подбрасывании — все Игроки Турнира это могут.

— Нет уж, подождите! — возразил Гражданин с шапкой. — Я хочу, чтобы кто-нибудь другой бросал монету.

— Я брошу монетку, — предложил Вальденс. — Я объективен и буду рад посмотреть, как кто-нибудь разденется, при условии, что это буду не я.

Стайл улыбнулся.

— Это может быть весомая потеря, — сказал Стайл, глядя на очень полного владельца монеты. — Отлично, я арендую твою монету.

— Становится все интереснее, — заметил Вальденс. — До чего прелестно: мы, похоже, разделим наготу с присутствующей здесь очаровательной роботессой — любовницей Стайла.

— Невестой, — быстро поправил Стайл.

Теперь улыбнулся другой Гражданин.

— Может, нам всем раздеться и спросить, что она об этом думает?

Шина отвернулась, заливаясь краской. Это была явная уловка, но она снова подействовала на Граждан — им еще не попадались роботы, которые вели бы себя совершенно как живые.

— Ей-богу, — прошептал один из них, — куплю себе целый гарем таких созданий.

Стайл взял монету — красивый иридиевый диск приятно лежал в руке; на лицевой стороне была изображена голова Тираннозавра Рекса, а на оборотной стороне — хвост динозавра. Стайл по достоинству оценил этот символизм: иридий был связан с вымиранием динозавров, да и сама идея чеканки монет стала своеобразным реликтом для современной эпохи. Иридий, однако, все еще оставался ценным металлом, а коллекционирование монет было весьма популярным занятием среди Граждан.

Он передал монету Вальденсу.

— А откуда нам знать, может, сам Вальденс тоже умеет управлять движением монеты? — спросил с подозрением другой Гражданин.

Они воспринимали это маленькое пари так же серьезно, как и все остальные сделки.

— Ты можешь свести на нет его возможные умения, если назовешь сторону, когда монета будет уже в воздухе, — объяснил Стайл. — Если подозреваешь, что он хочет выбросить орла, то назови решку. Одно подбрасывание. Согласен?

— Согласен.

Это маленькое пари, казалось, все сильнее завораживало Гражданина в шапке. Его явно раздирало любопытство: что же задумал Стайл?

Стайл не сомневался, что Гражданин, со свойственным ему тщеславием, назовет орла, ассоциируя с ним себя любимого, поэтому Стайл надеялся, что Вальденс выбросит решку. Монета засверкала и закружилась в воздухе, стремительно приближаясь к кафельному полу.