— Примитивные машины, — хмыкнула Шина. — Граждане не столь глупы, чтобы довериться более разумным агрегатам. Хотя на самом деле лишь малый процент умных машин являются самостоятельными и обладают свободной волей.

— Надеюсь, твои друзья не сильно пострадали, открывшись Гражданам, — забеспокоился Стайл. Он не был уверен, какой языковой диалект лучше использовать в зоне совмещения, и решил пользоваться языком Протона до тех пор, пока не возникнет потребность пообщаться с жителем Фазы.

— Пока что внимание Граждан сосредоточено на Совмещении. К тому же не так-то просто выявить самостоятельную машину, если она этого не хочет. Но если враг в этой войне победит, всех моих сородичей рано или поздно ждет уничтожение.

Машины выстроились перед фазитовым шаром, а после одна из них запустила в шар бомбу… и ничего не произошло.

— Фазит защищает себя, — прокомментировала Шина. — Его можно двигать или использовать, но нельзя разрушить ничем, кроме разве что ядерной пушки.

По фазитовой сфере ударили несколькими лазерными лучами, но вновь безрезультатно. Даже без учета магии фазит был крепкой штучкой, тяжелее любых добываемых на планетах веществ; в естественных условиях минерал был не разрушаем.

Коричневый Адепт снова присоединилась к Стайлу и Шине, чтобы оставаться в безопасной зоне.

Неприятельские машины сменили тактику — они стали толкать сам шар. С другой стороны шар продолжали толкать големы. Суммарная мощность машин была выше, но так как фазит был довольно компактным, то непосредственно контактировать с ним могла только одна единица бронетехники — в отличие от големов, которые толкали всей гурьбой. Поэтому булыжник колебался туда-сюда, пока не откатился в сторону, после чего устремился вперед — големы обладали лучшей маневренностью и в итоге смогли продолжить движение дальше.

Тогда машины перегруппировались. Одна из них подъехала и уперлась в шар. Големы опять применили обходную тактику — мозги у них были деревянные, но человечки пусть медленно, но все же учились и накапливали полезный опыт. К несчастью, это же делали и машины. Они о чем-то переговорили друг с другом, а затем снова перегруппировались и в этот раз напали на самих големов.

— Нет! — закричала Коричневая, когда грузовик сбил голема, транспортер в этот момент словно ударил ее саму. — Это нечестно!

— В этой игре нет правил, — произнес Стайл.

— Неужели?! — Коричневая поджала губы и через пару секунд стала раздавать деревянному воинству новые инструкции.

На сей раз големы дали врагу отпор: при очередном нападении машины големы уходили в сторону, затем подбегали к ней вплотную и били по уязвимым местам, о которых Стайл успел поведать Коричневой. Под ударами остроконечных деревянных ступней лопались колесные шины, деревянные кулаки крушили пластик. Однако, даже разбитые, машины продолжали атаковать.

— Да уж, в отличие от животных, — сказала Шина, — технике не больно. Надо повреждать трансмиссию либо электропроводку.

Вот только Коричневая ничего не понимала в технологиях Протона.

— Подчиняйтесь Леди Машине! — приказала она големам.

Шина выкрикивала команды. Теперь големы делали более сложные вещи: отвинчивали крепежные детали и открывали панельки, за которыми скрывались технические отверстия, после чего вырывали внутри провода и протыкали маслопроводы. Очень скоро все машины вышли из строя.

Големы выиграли битву, но было упущено драгоценное время. Совмещение продержится всего несколько часов, и за это время надо успеть переместить фазит в мир Протона. Несомненно, следующая преграда окажется на порядок трудней, а эта стычка была всего лишь разминкой, так сказать, пробой сил.