Кит с облегчением опустился на койку.

– Теперь я понимаю, почему ты назвался лордом Хаттоном.

– Я и есть лорд Хаттон, вчера, сегодня, завтра. Навсегда.

Кит в бешенстве уставился на брата, но постепенно до него дошло, какая альтернатива его ожидает.

– Я уже говорил тебе, что Хаттон-Холл камнем висит у меня на шее. Я буду только рад избавиться от поместья!

– А Александра? – выдохнул Ник.

– И от нее тоже! Это выбор отца, не мой!

– Если ты выйдешь на свободу, тебе лучше уехать на некоторое время из Англии, Николас. За свободу придется заплатить. Без денег ты не останешься, об этом я позабочусь: десять тысяч в год тебе обеспечены. Выбор за тобой.

– И я смогу увидеть Италию? – Кит с надеждой посмотрел на брата.

– Разбирательство состоится завтра во второй половине дня. Я куплю тебе билет до Италии на корабль, идущий через Гибралтар. Сегодня же поеду в Хаттон и соберу твои вещи.

– А меня освободят? Ты действительно сможешь это устроить?

– Гарантии не даю, но обещаю сделать все, что в моих силах. – Ник поднялся. – И еще одно: надень завтра форму.

С первыми лучами солнца Александра уже раздумывала над тем, что надеть на суд. Поговорить с Николасом ей не позволят, но она может послать ему весточку с помощью наряда. В итоге она остановилась на простой юбке и ярко-желтом жакете. Так он сразу заметит ее в толпе, поймет, что она надеется на лучшее и уверена в его невиновности.

Она вернулась мыслями в прошлый вечер. Муж пришел домой очень поздно. Когда она услышала на лестнице его шаги, то притворилась спящей. Утром она тоже избежала встречи, просидев в своей комнате до его ухода. Не наведайся она вчера на Беркли-сквер, не узнала бы о сегодняшнем разбирательстве в Олд-Бейли. Хорошо, что рядом будет бабушка на случай неблагоприятного исхода. «Неблагоприятного исхода? Что за расхожий эвфемизм! Ничего страшного не случится. Гони прочь дурные мысли, Алекс!»

Она перебрала свои шляпки. Леди Хаттон не должна появляться на людях с непокрытой головой. Она выбрала шляпку с черным страусовым пером, надела и подошла к зеркалу. Сорвала убор с головы, запустила его в другой угол комнаты. «К черту приличия! Не стану я скрывать свои волосы, пусть горят сигнальным костром!»

В начале второго Александра переступила порог главного зала заседаний в Олд-Бейли и в изумлении застыла. Комната была переполнена их мнимыми друзьями. Она вцепилась в руку Дотти.

– Шакалы, так я и думала. – Дотти ткнула эбеновой тростью герцогиню Ратленд. – Подвиньтесь, ваша милость. – Когда они уселись, Дотти прошептала на ушко Алекс: – Волноваться не о чем. Как только Николаса оправдают, высший свет снова начнет лебезить перед Хаттонами.

Александра почувствовала на себе неприязненные взгляды. Она вздернула подбородок и тряхнула головой. Огненно-рыжие кудри рассыпались по плечам.

Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем в зал вошли судья в парике, секретарь и группа присяжных. Следом за ними появились Джереми Итон, лорд Стейнс, судья Стивенсон и лорд Хаттон. Александра не отрываясь смотрела на дверь. При виде узника в выцветшей униформе у нее перехватило дыхание.

– Тишина, тишина! Всем встать! – приказал секретарь. – Мы собрались здесь, дабы расследовать обстоятельства смерти лорда Генри Хаттона. Был ли это несчастный случай или умышленное убийство? – Он откашлялся. – Всем сесть!

Лорд Хаттон, за которого выдавал себя Николас, внимательно выслушал показания Джереми Итона. Итон сообщил, что в тот злополучный день находился недалеко от места происшествия и слышал яростный спор между обвиняемым и его отцом.