Ничего не говоря, я кивнул, глядя на замерзшие трупы, и в их неподвижных лицах я в этот момент видел отражение жестокости, с которой играли в политику те, кто оставался в тени, манипулируя жизнями людей, словно шахматными фигурами. И в этот момент мне стало ясно, что выбор сделан, и обратного пути уже нет. А если и есть, то лежит через смерть.

Виконт же продолжал:

— Князь, все серьезнее, чем вам может показаться. Открою вам ту тайну, которую, будучи пьяным, я неосторожно сообщил баронессе фон Шварценберг. Император Франц скоро умрет. Смерть уже отправилась за ним.

— И что же вы хотите от меня? — спросил я, стараясь оставаться спокойным.

Леопольд Моравский ответил, и его глаза горели решимостью:

— Нам важна ваша помощь, князь. Нам нужны союзники и необходима поддержка из России. Мы предлагаем вам возможность стать частью нашего заговора. Возможно, что вы сможете изменить ход событий наилучшим образом, поскольку я заметил в этом походе, что удача на вашей стороне. А потому решайтесь. В этой ситуации нет места для неопределенности.

Когда мы пошли обратно, то оба молчали. Усилившийся ветер закружил вокруг настоящую метель. Завывания налетавших порывов мешали разговору. И каждый из нас думал о своем. Виконт, наверняка, переживал из-за того, что сказал мне слишком много лишнего. Я же, разумеется, серьезно задумался над его словами. То, что он мне предлагал, несло большую опасность. И я не мог не чувствовать, что на кону находится не только моя собственная жизнь, но и судьба Иржины. Когда мы уже подходили обратно к чумному монастырю, свежий подмороженный снег под нашими ногами хрустел, словно предвещая грядущие события, когда с хрустом начнет рушиться привычный уклад жизни австрийцев, и они внезапно сделаются не австрийцами, а мораванами, жителями Великой Моравии.

Вскоре мы уже подошли к солдатским кострам, горевшим снаружи монастырских стен, и виконт нарушил молчание:

— Если вы не возражаете, князь, я предлагаю заглянуть в шатер графа. Необходимо решить, когда же мы отправимся отсюда в Здешов.

— Я думал, что сможем выдвинуться из монастыря сегодня же. Но вижу, что дело замедлилось, — высказал я свои наблюдения.

— По-моему, граф ждет кого-то, — сообщил Леопольд.

— И кого же? — поинтересовался я.

Виконт ответил достаточно честно, как мне показалось:

— Я точно не знаю. Граф всегда был очень осторожен в своих делах. Он знает, что в нашем братстве не все так просто. Каждый шаг может оказаться роковым, особенно, когда дело касается тех, кто владеет большой властью. Граф стоит в иерархии Свидетелей Великой Моравии гораздо выше меня. А потому он мне не докладывает о подробностях. Сам же он знает очень многое. Известия ему из разных краев приносят его птички, почтовые голуби. Потому графу тоже важно поскорее добраться отсюда до Здешова. Ведь в моем родовом замке имеется большая голубятня, а мой младший брат так же одержим голубиной почтой, как и сам граф. Потому я не сомневаюсь, что в Здешове уже получили сообщения о нашем скором прибытии.

Костры, мимо которых мы проходили, трещали, подбрасывая оранжевые искры в холодный декабрьский воздух навстречу падающему снегу. Я внимательно посмотрел на виконта, его лицо было освещено светом пламени, а в глазах читалось беспокойство. Возможно, теперь он опасался того, что я использую его же откровенность против него самого. Тем не менее, он продолжил говорить:

— Если граф ждет кого-то, то это может быть не просто курьер. Возможно, что сюда прибудет кто-нибудь из тех высокопоставленных особ, что стремятся к власти, но предпочитают действовать тайно.

В это время, пройдя мимо длинной вереницы трофейных лошадей и конюхов, задающих им корм из обозных телег, мы наконец-то достигли большого шатра, укрытого от ветра каменными стенами монастырского амбара с провалившейся крышей.