И едва он замолчал, как моя охранница зло улыбнулась и провела себе по шее ребром ладони, после чего молниеносно упала в низкую стойку и приглашающе поманила ладонью африканку.

– Кажется, чувства не взаимны! – с фальшивым сожалением в голосе произнёс комментатор. – Что ж, раз нет любви, значит будет бо-о-ой!

Едва он смолк, как эскорт бойцов быстро покинул арену, судьи захлопнули двери и задвинули массивные хромированные засовы на них. Вряд ли в таких размерах была нужда, скорее всего, это всё та же игра на публику.

Секунду спустя звякнул гонг, сообщая о начале поединка.

Звук ещё витал в воздухе, когда Чёрная Кувалда стремительно рванулась к японке, всё так же сидящей на одной ноге и вытянув вторую параллельно полу. Несколько ударов сердце и вот огромная женщина с блестящей чёрной кожей и скорпионьим хвостом на голове нависла над ней. Её попытка сломать изящную ножку, топнув по ней своей слоновьей лапой сорок последнего размера, не удалась – Сэнга, как капля ртути ушла из-под атаки и ударила в ответ, крутанувшись вокруг себя. Её пятка подбила ногу африканки в тот самый момент, когда вторая нога Кувалды ещё не успела коснуться пола. И закономерно женщина-гигант рухнула на жёсткий пол арены.

Первую победу Миура зрители встретили восторженным рёвом, чем невероятно сильно разозлили её соперницу. Вскочив с пола, она набросилась на хрупкую девушку, обрушив на неё ураган ударов рук и ног. Та несколько секунд ловко уходила от них, не желая принимать на блоки столь мощные атаки, а потом атаковала сама, нанеся несколько ударов по правому запястью Чёрной Кувалды. Африканка отпрянула и инстинктивно прижала к себе пострадавшую конечность, чем открыла свой правый бок. И Сэнга продолжила атаку. На этот раз она обратила внимание на вторую конечность своей соперницы, и маленькая ножка с какой-то грациозностью стала наносить удары в верхнюю часть бедра.

Её скорость была запредельной. Я уверен, что многие из зрителей даже не заметили, сколько пинков получила африканка от своей миниатюрной противницы.

Наградив великаншу пятью или шестью ударами, японка отпрыгнула от неё на несколько шагов, вновь застыв в картинной стойке, подняв левую руку над головой, вытянув правую параллельно полу на уровне груди и поманив ей к себе Кувалду.

Негритянка заревела так, что перекрыла шум, создаваемый зрителями, которые чуть ли не в экстазе бились. Рванулась к своей ненавистной сопернице, но отбитая нога подвела, и женщина чуть не упала. Чтобы этого не случилось, ей пришлось опуститься на одно колено и на какую-то секунду забыть про бой. И вновь этим воспользовалась моя охранница, молнией метнувшись к Кувалде, совсем как чёрная мамба, наносящая смертоносный укус своей жертве. Выставленное африканкой колено вперёд Сэнга использовала как ступеньку, буквально взлетев над чернокожей женщиной. И вновь её скорость была настолько высокой, что я успел разобрать половину из её атак.

Колено миниатюрной японки впечаталось в левую грудь Кувалды, потом она рукой оттолкнулась от её плеча и, буквально сделав в воздухе «колёсо», приземлилась на арену позади негритянки, вновь заняв боевую красивую стойку на одной ноге и выставленной вперёд правой рукой.

И опять над ареной разнёсся крик боли и ярости, слетевший с губ Чёрной Кувалды, хлопнув себя по голове ладонью, она быстро развернулась к японке и что-то ей сказала, судя по движению её губ. Сначала я заметил, как одна из огромных грудей изменила свою форму. Она обвисла почти до пупка и ко всему прочему на коже появились два вздутия, словно, огромные бесформенные шишки вылезли. Та самая грудь, куда ударила Сэнга.

«Трындец импланту, – пронеслась мысль у меня в голове. – И мыщцам трындец – теперь предстоит долгая реабилитация и операция».

У женщин, любительниц накачать при помощи «железа» и гормональных препаратов себе мышцы до запредельных форм, грудь исчезает.