Я убрала губы от его великолепного рта, улыбнулась и закрыла глаза. Положила руки ему на грудь, провела пальцами по его очерченному прессу, выступающему из-под мокрой рубашки, облепившей его тело, пока не добралась до конечной точки своего путешествия - пояса его мокрых джинсов. Обхватив его стержень руками, я прислонилась губами к его уху, захватывая мочку между зубами, позволяя моему теплу ласкать его ухо.

– Никто не говорил, что я хочу быть мокрой, Келлан, - провела кончиком языка по его уху и погладила его твердость сквозь джинсы, надеясь произвести на него тот же эффект, который он произвел на меня. - Ты сделал меня мокрой против моей воли и делаешь это слишком долго.

Он наблюдал за мной с небрежной усмешкой, пока я сдергивала его рубашку, спуская по рукам, по пути царапая ногтями татуированную плоть. Я повернула нас вокруг так, что его спина оцарапалась о стенку бассейна, и толкнула его в грудь, пока он полностью не прислонился к бетонированной поверхности.

– Ты такой твердый, Келлан, - мурлыкнула в его ухо, все еще поглаживая его. – Тебе нравится делать меня мокрой?

Он обернул мои волосы вокруг своей руки и грубо потянул голову в сторону, получая доступ к моей шее. Он кусал меня за плечо и скользил зубами по шее, играя со мной и заводя меня.

– Если скажу, что нравится, то я солгу, - прорычал он у моей шеи. – Я охренеть, как люблю это, - прошептал. Он взял контроль в свои руки и повернул нас, прижимая меня спиной к бассейну и срывая мою рубашку.

Стон сорвался с моих приоткрытых губ, когда он потянулся позади меня и расстегнул лифчик, стягивая его по моим рукам и выбрасывая в бассейн. Он посмотрел мне в глаза, затем его взгляд спустился ниже, пока не достиг моих открытых грудей и ухмыльнулся.

– Ты осознаешь, что я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что никогда после этого не забудешь мое имя. Когда кто-нибудь попытается доставить тебе удовольствие, все, о чем ты будешь думать, буду я, - он убрал мои руки в стороны, на карниз бассейна, удерживая мой вес, пока тянулся рукой между нашими влажными телами и провел пальцами по моему набухшему клитору. Даже через ткань я чувствовала, что уже готова взорваться. – Мой член охренеть, как нуждается в тебе, до боли, - прошептал он возле моих губ. – Ты единственная, из-за кого это происходит. И существует только один способ избавиться от боли - это быть похороненным между твоих бедер, пока ты выкрикиваешь мое имя. Громко. Так громко, чтобы заболели уши. Ты справишься?

Я кивнула и схватила его за волосы, дергая. Вот, дерьмо! Я собираюсь кончить раньше, чем мы начнем. Почему не могу контролировать себя рядом с ним?

- Хорошо, - он жестко поцеловал меня, отодвигая в сторону мои трусики, и ввел в меня палец. Двигал им медленно туда-сюда, издавая стоны, когда толкался глубже. – Я люблю твою чертову киску. Тебе нравится, малышка? Ты такая тугая, одно только ощущение твоей киски вокруг моего пальца заставляет меня желать кончить. Тебе нравится заставлять меня кончать?

Срань господня, да! Что этот грязный рот делает со мной. Заставляет меня чувствовать себя плохой, плохой девочкой.

- Да, - прошептала напротив его волос. Да всему, что ты дашь мне. – Не останавливайся, прикасайся ко мне. Не останавливайся. Дерьмо!

Он скользнул рукой по моей руке и взял мою левую грудь в руку, потянул ее вверх и ближе ко рту. Его зубы нежно тянули мой сосок, пока его язык кружил вокруг, пробуя его и приводя меня в восторг. Ощущение его языка на коже заставило меня пожелать почувствовать его везде на моем теле. Его язык обладает каким-то магическим заклинанием на меня, из которого я не могу вырваться.

- Ты такая приятная на вкус, малышка. Я пристрастился после того, как немного попробовал твой вкус.