– Сара? – повторила я.

Сара ответила со слезами в голосе:

– Прости…

Голос был едва слышен, но он определенно принадлежал ей.

Отлично! Мы сможем поговорить!

– Сара, ты в Японии?

– Да, но я не смогу прийти повидаться с тобой.

– Ты что, не одна? С мужчиной? Ты не можешь звонить мне из своего номера? Ты ведь сейчас в отеле, да?

Сара не ответила. Она все плакала и плакала. А потом сказала:

– Просто хотелось узнать, как у тебя дела. Услышала твой голос… и все вспомнила… как была у вас… как здорово было жить в Японии…

– Ты счастлива? – спросила я.

– Да. Вообще-то я замужем.

Она впервые за время этого странного разговора засмеялась.

– Я в порядке. Я действительно не могу сказать про себя, что несчастна. Так что не беспокойся.

– Ну, тогда ладно, я рада.

Внезапно Сара сменила тему:

– Скажи мне, Си-ба-ми, а Ё-си-хи-ро был один, когда умер? Я имею в виду, нашел ли он свою настоящую любовь, понимаешь? Мне просто хочется знать это.

И я поняла, что тогда пережила Сара. Должно быть, все уже было очевидно, когда Мари приезжала в Бостон, – заметно по сиянию ее глаз и по взгляду моего брата. Когда он смотрел на Мари, то в его глазах всегда загорался какой-то особенный свет. Словно он успокаивался, отгонял от себя все дурные мысли и убеждался, что увиденное – правда. Как будто ему нужно было удостовериться, что она действительно из плоти и крови, действительно рядом с ним и смеется.

Должно быть, Сара тоже почувствовала это.

– Да, он был один. – В эту ложь я вложила все свои силы. – У него были подружки, но никого из них нельзя было назвать настоящей любовью.

– Понятно… – сказала Сара. – Прости, что задала такой ужасный вопрос. Когда я приехала в Японию, то боялась, что сойду с ума. Но я рада, что мы смогли поговорить. Спасибо тебе большое.

Она перестала быть Сарой, которая не смогла удержаться, позвонила и молчала, а воспоминания оказались настолько болезненны, что, в конце концов, она разрыдалась. Это снова была рассудительная Сара, которую я знала.

– Ну, береги себя. Мне нужно возвращаться в номер, – сказала Сара.

– Хорошо… Пока, – ответила я.

Теперь весь сон как рукой сняло. Лоскут неба, видневшийся в окно, представлял собой постепенный переход от облаков к голубизне, и вся комната казалась очень светлой. Но почему-то от этого становилось грустно.

Какая странная погода, подумала я.

– Сара, надеюсь, ты будешь счастлива, я правда надеюсь!

– Спасибо, Си-ба-ми, – сказала Сара.

И повесила трубку.

У меня было какое-то странное настроение, словно я увидела ситуацию насквозь, до самой сути, но при этом меня одолевала ужасная тоска. И тут мне еще раз пришло в голову, что Мари просто невероятная девушка. Надо же, ведь если подумать, она поняла, что Сара вернулась, просто послушав молчание на другом конце провода. В глазах Мари не было ни малейшего намека на сомнения, когда она заявила, что это была Сара. Она просто знала это, и все. Да… возможно, Мари просто блуждала где-то между сном и явью и потому так остро чувствовала и догадалась, кто звонит, еще до того, как осознала это, просто ощутила так же ясно, словно истина просто лежала у нее на ладони.

*

Чуть позже я позвонила Кэнъити. Он обещал сегодня вернуть мне долг.