– А что мне еще остается?

– К счастью, как я уже сказал, Силии не будет весь вечер. Но взгляни на дверь и представь себе ее потрясение, если она неожиданно вернется и внезапно увидит здесь тебя. Если ты еще дорожишь ею, Дон… Если ты дорожишь хоть чем-нибудь! Пожалуйста, не рискуй!

Холден схватился за голову:

– Но… Что ты хочешь от меня? Что я должен сделать?

– Уйти, – твердо сказал Торли.

– Уйти?!

– Да. По той же лестнице, через балкон. Тем же путем, каким ты явился, когда мы с Дорис приняли тебя за пр… – По некотором размышлении Маршу не понравилось слово «призрак». Молча он посмотрел через плечо в окно. – Странно. Мне послышались шаги. Должно быть, померещилось. – Повернувшись, он взял Холдена за руку. – Уходи, Дон. Ты сам во всем виноват. Не думаю, что Силия обрадуется твоему возвращению. У тебя были неплохие шансы, но ты все испортил.

– Так случилось потому… – начал оправдываться Дональд.

– Знаю, – оборвал его Марш. – Потому что ты зарабатывал гроши. Я уважаю тебя за этот поступок. Но она восприняла твои слова как пощечину. Сейчас она забыла тебя, но представь, что может произойти, если…

Торли вдруг замолчал. Отпустив руку Дональда, он смотрел мимо него, в сторону двери. Выражение лица приятеля заставило Холдена обернуться.

Тем временем дверь отворилась и в комнату вошла Силия.

Глава 4

Дверь, расположенная в правом углу комнаты, напротив окна, открывалась внутрь. Силия еще сжимала дверную ручку, когда яркий свет из холла, ворвавшийся в комнату, окружил сиянием ее фигуру. Позже Дон припомнил, как Силия, словно пытаясь оправдать свой приход или предупредить кого-то в комнате, с порога торопливо заговорила:

– Кажется, я забыла здесь свою сумочку. Решила прогуляться по парку и…

В это мгновение она увидела Холдена. В комнате повисла тишина. Все трое замерли, как парализованные. В некотором смысле это можно было назвать правдой, особенно что Холден сейчас не мог бы произнести ни слова, даже ради спасения собственной жизни. Он кожей ощущал свет настольной лампы, заливающий его лицо, словно это были потоки обжигающего жара. Дональд чувствовал себя кроликом, попавшим в ловушку, неспособным ускользнуть и раствориться в сумерках.

После множества дней и ночей, заполненных лишь грезами, перед ним стояла Силия из плоти и крови. И она нисколько не изменилась. Широкий лоб, изящные дуги бровей над серыми мечтательными глазами, маленький носик, легкий изгиб уголка губ, словно выражающий недоумение перед несовершенством мира, и прямые каштановые волосы, при чесанные на косой пробор и свободно спадающие на спину. Все та же (слава богу!) нежно-розовая кожа, свойственная лишь здоровым.

Человеческая память склонна к исполнению реальности, и мы всегда ожидаем от нее какой-нибудь каверзы. В глубине души мы, вопреки надежде, не верим, что реальная встреча окажется ярче воображаемой. Но для Холдена все было по-другому. Все было гораздо глубже, острее и мучительнее, чем он мог представить. Только бы все не разрушить! Только бы не обидеть Силию внезапно… Секунды неумолимо бежали. Холдену так много хотелось сказать в эти уже упущенные мгновения! Силия неподвижно стояла, так и держась за дверную ручку, – стройная, в белом платье и красных туфлях на босу ногу. Потом она заговорила:

– Тебя посылали куда-то со специальным заданием.