Дело в том, что дружба между Идохарой и Синами возникла через третье лицо. Слова "третье лицо" звучат несколько абстрактно, но мы не станем их расшифровывать. Правда, читателям станет ясно, о ком идёт речь, если мы вспомним о странном инциденте, который произошёл две недели назад в салоне "Аллилуйя", расположенном на Гиндзе в здании Восточной сталелитейной компании. Хотя в газетах об этом ничего не сообщалось, нам стало известно, что некая дама вошла в салон и незаметно подожгла зажигалкой дорогостоящую заграничную материю.

Здание Восточной сталелитейной компании нынешней весной перешло в руки Идохары. Причём салон «Аллилуйя» переехал туда — в помещение, которое арендовал магазин электротоваров, как только это здание стало собственностью Идохары.

Владелица салона — молодая дама лет двадцати семи — двадцати восьми с привлекательной внешностью — довольно коротко знакома с одним из упомянутых выше лиц. Большего мы сказать не имеем права, не желая вторгаться в частную жизнь высокопоставленного деятеля. Следует всё же отметить, что женщину, которая совершила поджог, после короткого допроса в полицейском участке сразу же отпустили домой, хотя поджог считается одним из наиболее тяжких преступлений. Как выяснилось, она оказалась подругой другого лица, тоже упомянутого выше. Причём лишь благодаря стараниям Синами и Идохары информация о поджоге не попала в газеты, а женщину, совершившую поджог, не привлекли к судебной ответственности. Догадливый читатель дополнит, надо надеяться, то, что здесь недосказано, поскольку нам не хотелось бы слишком вторгаться в частную жизнь упомянутых лиц».

Дочитав до этого места, Нэмото покачал головой. Безусловно, Идохара с Синами насмерть перепугаются. Вопрос в другом: как отнесётся Минако к упоминанию о поджоге в салоне «Аллилуйя»? Нет сомнений — она рассердится, а главное — поймёт, что появление этой статьи связано с Нэмото.

Нэмото считал, что кое в чём Минако ещё можно будет использовать. Она должна ревновать Идохару к молодой актрисе и испытывать к нему ненависть. Вот на этом чувстве и надо сыграть. Но всё значительно усложнится, если Минако прочитает в статье о себе.

— Надо бы ту часть, которая касается Минако, сделать более неопределённой, — сказал он после некоторого раздумья.

Остальная часть статьи была целиком посвящена интимным связям Идохары и Синами.

— Прекрасно написано, — заключил Нэмото. — Но всё же конец следовало бы смягчить. Не стоит сразу выкладывать все козыри — они нам ещё пригодятся для следующего удара.

— Хотите, я перепишу.

— Пожалуй, следует из статьи убрать всё, что касается их связей с женщинами, оставив лишь некоторые намёки.

Морита тут же стал исправлять статью, а Нэмото тем временем думал уже о втором ударе, который он собирался нанести Идохаре и Синами. Ему пока не были известны дальнейшие их планы относительно государственных лесных угодий, поэтому второй удар он решил сосредоточить на любовных связях Идохары и Синами. Правда, они не выходили за рамки аналогичных связей, какие имеют место среди других политических деятелей и финансовых тузов. В этом смысле информация, которая имелась у него в руках, недостаточно крепко била в цель. Нужно было подбросить такой факт, который поразил бы воображение читателей. Внезапно Нэмото вспомнил Тэцуо Тадокоро — любовника Таэко, которого она посылала к Морите узнать, как вели себя в Гонконге бейсболист Яманэ и жена Идохары Хацуко.