И тут же ощутила тошноту, вспомнив о том, как запахи приготовляемой пищи воздействуют на ее желудок. Норм как раз вынес противень с омлетом.

— О еде я позабочусь. И Норм что-нибудь приготовит.

— Готовкой займусь я. — Уайет взял ее за запястье, прикоснувшись пальцами к учащенно пульсирующей жилке. — Прежде всего нам нужно разобраться в том, что возникло между нами.

Он наклонился через стол и поцеловал ее, и этот поцелуй был слаще черничного пирога.

Когда Таллула медленно открыла глаза, возвращаясь к действительности, Уайет стоял рядом с ней.

— Потанцуем? — сдавленным голосом произнес он, видя, что кто-то бросает монетку в музыкальный автомат.

— Как у тебя все быстро получается, — пробормотала Таллула, а Уайет, положив ее руки себе на плечи, нежно прильнул к ней, словно собираясь проникнуть в самое ее сердце.

— Я люблю тебя, Таллула Джейн. У нас все получится, — прошептал он ей на ухо, снимая с нее очки и кладя их на стойку.

На глаза у нее навернулись слезы. Уайет прижал ее лицо к своей шее, поглаживая ее по спине.

— Бедный ты мой, несчастный, — простонала Таллула, наслаждаясь теплом его тела. Уайет застыл.

— Ты о чем это?

— Все так грустно, — с трудом вымолвила Таллула, ласково обнимая его.

— Я не нуждаюсь в сочувствии, — мрачно буркнул он.

По телу Таллулы пробежала дрожь, которая не имела никакого отношения к сочувствию. Уайет, казалось, готов был сей же миг схватить ее и унести далеко-далеко…

Его взгляд скользнул вниз, лицо залила краска.

— Я не просто хочу тебя, — с трудом выговорил Уайет. — Я ждал этого всю жизнь.

— Но… — Таллула кашлянула, чувствуя, что у нее пересохла гортань. — Мне нужно на кухню. Я хочу пожарить колечками лук, — излишне громко произнесла она, хватая очки и водружая их на нос.

— Смилуйся! — хором откликнулись посетители.

— Тебе, папа, — холодно произнесла Фол-лен, протягивая Уайету тарелку спагетти. Затем она повернулась к Таллуле. — Мы с ним похожи? — тем же холодным, безучастным голосом спросила она, передавая Таллуле салат. — Миракл — вылитая я, а я очень похожа на своих новых теток и отца, правда?.. Отца, — с горечью в голосе добавила она.

— Па-па, — радостно улыбнулась Уайету Миракл, показав ряд ровных молочных зубов. Потянувшись со своего высокого стульчика к столу, она взяла маслину.

Фоллен посмотрела на дочь, и на глаза у нее навернулись слезы.

— Это уж слишком, — дрогнувшими губами прошептала она.

Таллула бросила красноречивый — «предоставь это мне» — взгляд на Уайета, запоздало догадавшегося, что выражение его лица выдало ощущение полной безнадежности. Вложив еще одну маслину в ручку Миракл, Таллула обняла угловатые плечи Фоллен.

— Он любит тебя. Только посмотри на него. У него же сердце кровью обливается. Уайет с шумом вобрал воздух.

— Я управлюсь сам, Таллула.

— Нет, не управишься, — спокойно возразила она. — У тебя такой забитый вид, словно ты ждешь, что тебя вот-вот пнут ногой.

Уайет провел рукой по волосам, переводя взгляд с настороженной Фоллен на озабоченную Таллулу. Трудно вести бой на два фронта, да еще с двумя женщинами. Ему не нужно участие Таллулы; ему хочется, чтобы возникшие между ним и дочерью чувства были чисты и прочны.

— Не надо брать меня под свою опеку, Таллула. Я не один из твоих дружков.