Шаляпинская скала, Смотровая площадка с шикарнейшим видом на Чёрное море, склеп Березина, порт Артек, кедр Артек, даже самый настоящий дворец Суук-Су, где сейчас расположился музейно-образовательный комплекс. Экскурсия туда нам ещё только предстояла, как и в четыре других музея, так что пока посмотрели снаружи, но все были в восторге и предвкушении. Впрочем, предвкушение это было наше перманентное состояние, достаточно только посмотреть на море, куда нас обещали начать пускать уже завтра. В распорядке дня было целых два посещения пляжа, утром и вечером не меньше, чем по полтора часа каждое. Для многих из ребят, особенно тех, кто родом из Сибири и других регионов, где тёплого моря просто не существовало, это было равнозначно попаданию в рай. Да я и сам ждал этого с нетерпением.

Но, конечно, главным достоянием «Артека» была природа. Вся его территория утопала в зелени. Благородные кипарисы, сосны, дубы, земляничник, кизил, даже ядовитый тис. «Артек» больше всего напоминал не пионерский лагерь, в котором посадили немного растений для свежести атмосферы, а лес, в котором обосновались дети. При желании и некотором упорстве здесь даже заблудиться можно было, например, на горе Аю-Даг. Там, несмотря на проложенные туристические тропы, диких мест хватало. Типа той самой кипарисовой рощи в месте силы, куда я утром случайно завалился, сам не поняв, где очутился. До неё в этот раз мы не добрали, туристических троп туда не было, да и вообще территория считалась закрытой, зато отнесли на вершину Медведь-горы по камню, тем самым пройдя посвящение в артековцы и исполнив традиционный ритуал.

– Чего завис? – София ткнула меня в спину, вырывая из воспоминаний. – Не спи, а то в костёр упадёшь.

– Да день сегодняшний вспоминал, – я не видел причин скрывать свои мысли. – Как-то всё бегом да бегом, даже вздохнуть некогда было. То к гроту идём, то на Медведь-гору, то ещё куда-то. Потом концерт. Оно, конечно, прикольно, но утомляет. Я понимаю, что это специально сделано, чтобы сил на разную дурь не оставалось, но лично для меня перебор.

– Ну да, ты же у нас птица вольная, – несмотря на то, что голос Сикорской звучал ехидно, я уловил в нём грустные нотки, будто она мне завидовала. – Чего ж ты тогда с этой своей шваброй на пляж отказался идти?

– Так успею ещё, – я пожал плечами. – Какие мои годы. Девок будет ещё куча, отбиваться устану. А отрядной свечи на открытии смены в «Артеке» больше в моей жизни не будет. Думаю, приоритет понятен?

– Кобель, – шёпотом припечатала меня бывшая одноклассница. – И что в тебе только Зосимова нашла.

– Крепкое мужское плечо и понимание? – я усмехнулся, повернувшись к беловолосой. – Завидуешь?

– Было бы чему, – меня смерили презрительным взглядом. – И вообще заткнись, не мешай слушать.

Я закатил глаза и отвернулся. Сикорскую последние дни бомбило не по-детски. Начиная с ссоры в автобусе и последующего показательного игнора, заканчивая сегодняшним днём и её ревностью по отношению к Надине. Хотя тут я сам виноват, нечего было дразнить Соню вчера, но просто не удержался, после того что она ляпнула Вере. Впрочем, плевать. Я сюда приехал отдыхать и развлекаться, вот и буду это делать, как нормальный советский пионер. Ну или комсомолец. А с заскоками дочки пусть Игорь Игоревич разбирается. А у меня дел и так хватает.

Так что, выбросив из головы Софию с её заскоками, я присоединился к общему хору, поющему про то, как будет паролем навек, заветное гордое слово «Артек».