В течение целого дня они отражали атаки озверевших наемников, которым были обещаны немалые деньги и участки земли. Ведь эти самые частные корпоративные армии состояли в большей части из тех же бывших военных и полицейских. Степан задумался: что же заставило этих людей забыть честь и спрятать глубоко внутри совесть? Что двигало этими предателями? Ну, за честь то им пришлось все-таки затем ответить, судили оставшихся в живых мятежников уже по новому Уголовному кодексу, вменив им нарушение присяги, одного из самых тяжких воинских преступлений. Ввиду введенного военного положения зачинщики и главари получили тогда Высшую Меру Социальной Защиты — смертную казнь. Приговор приводился в исполнение незамедлительно, чем привел в неописуемую ярость зарубежных спонсоров переворота. В последующие недели некоторые иностранные граждане из числа представителей всевозможных "фондов" и 'бизнесменов' попросту 'пропала без вести', что вызвало в западных столицах уже откровенный страх. Но уж лучше страх, чем старые 'партнерские отношения'. Сила, она в правде!

Резиденцию и самого президента спасли тогда рязанские десантники. Только их командир пренебрег туманными отговорками со стороны Министерства Обороны, ни с того, ни с сего, вдруг принявшего "гуманный нейтралитет". Какой может быть нейтралитет при государственном перевороте!? Командир бригады мобильной пехоты собрал утром совет командиров, и они уже сообща решили, что присяга важнее приказов сверху. В бой брали только добровольцев, а добровольцами вызвались все. Но сколько же хороших парней успело погибнуть в том сражении, навеки став героями! Темная и кровавая страница в истории нового государства.

Размышления молодого человека прервал новый гонг, стратолет подлетал к аэропорту, и пришлось снова пристегивать многочисленные ремни. Стремительная машина требовала достаточно длинную посадочную полосу, пока далеко не каждый аэропорт страны мог их принимать. Взревели тормозные двигатели, и через пять минут стратолет мягко коснулся посадочной полосы. По экрану промчались стоящие у терминалов самолеты и широко раскинувшиеся здания аэропорта столицы. Пассажиры отстегивались и морально настраивались на будничную суету огромного города. Москва хоть и ужалась вдвое, но продолжала оставаться одним из самых больших мегаполисов планеты, а по степени влияния на мировую политику входила в их первую тройку.

Аэропорт любого большого города не только место взлета и посадки, трансфера между рейсами, но и территория, где люди пересекаются друг с другом, случается, что спустя многие годы. Здесь же завязываются новые, случайные знакомства, а кто-то и вовсе находит свою долгожданную любовь. "Перекресток ста дорог".

Сутолока посадочного терминала не выходила за обычные рамки. На посадку подходили вылетающие, в зале встреч нетерпеливо толпились встречающие. Транзитники или сидели в удобных креслах, или оккупировали многочисленные кафе и рестораны. Новые пассажиры тут же вливались в постоянно циркулирующий поток, входя в зал через коридор-сканер, на выходе из которого всегда дежурило несколько милиционеров. В мире еще не было так спокойно, чтобы пренебрегать нормами безопасности.

Высокий крепкий мужчина сразу обратил на себя внимание одного из постовых; новая милиция отличалась высокой выучкой и самыми современными методами работы. И милиционер с подозрением отметил упругий шаг пассажира, набитые костяшки рук, и вошедшее в подкорку, оттренированное годами поведение в чуждой обстановке. Постовой напрягся, но его остановил сигнал, полученный со специального прибора. На неизвестном пассажире стоял чип, который сигнализировал, что это 'свой'. Милиционер с любопытством проводил человека взглядом и только хмыкнул. Не часто в аэропортах можно было повстречать обладателей подобного чипа.