В общем, чем дольше живёшь в мире, тем больше становится понятно. Самих чудищ я, конечно, ещё даже не видел, но слушать умел, а потому кое-что уже знал и понимал.

Эти штуки имеют шесть конечностей, передвигаются горизонтально и замечательно прыгают. Человек для них лакомство, но они не брезгуют и обычной скотиной или каким другим животным.

Однако так получилось, что всё в природе взаимосвязано и умеет приспосабливаться, как-то так оно всё в итоге и вышло. Некоторые звери стали слегка проворнее, другие научились влезать повыше, третьи закапываться поглубже. Вот и человек тоже приспособился, но естественно, по-своему.

Медь этому помогает, но её становится всё меньше. Даже несмотря на то, что из трупов Троперов выковыривают каждую картечину.

Возможно, останься в мире возможность добычи и переработки, всё могло сложиться иначе, но пока суть да дело, пока разобрались, как можно убить монстров, цивилизация пала.

Враг хоть и не обладает достаточным интеллектом, но всё же не так туп. Как только происходит любая попытка заново наладить хоть сколько-то значительное производство, Троперы сбиваются в крупный отряд и сводят любые зачатки на нет.

Вот и приходится пользоваться всем, что удалось отыскать: старая проводка, всевозможные вентиля или трубы. Короче всё, что не успели уничтожить враги, а они планомерно этим занимаются.

Оно, конечно, не всё настолько страшно – небольшие предприятия существуют. Само собой, в строжайшей секретности и под не менее чуткой охраной. Одним из охранников в таком заведении и работает мой батя, хотя об этом чуть позже.

Я как раз преодолел отметку в полтора года, когда в нашу квартиру постучался жрец. Они с отцом долго обсуждали цену, чтобы по прошествии обряда, меня провозгласили воином.

И дёрнул меня чёрт явиться на переговоры в розовом чепчике, с кружевами по контуру лица. Жрец, едва завидев меня, расхохотался, после чего совершил ошибку, взяв меня на руки.

— Ты что, в самом деле решил, что я провозглашу этого чудика воином? — продолжая улыбаться, заявил он.

— Да он крепкий парень, просто любит свою тётку, а она пошутила, когда подарила ему эту шапочку.

«Да чё ты с ним разговариваешь вообще? Видно же, что он тот ещё козлина! А ну, давай, всмотрись мне в глаза, поднеси поближе, ещё чутка... Н-на сска!»

Я, конечно, сделал вид, будто не специально опустил свой лоб на переносицу жреца, однако хрустнуло всё же знатно. По крайней мере, кровь потекла, а на глаза навернулись слёзы.

Жрец бесцеремонно отбросил меня в сторону, словно я нашкодивший котёнок. Ну и, само собой, сил у взрослого мужчины гораздо больше, чем у полуторагодовалого меня. Потому и отлетел я знатно, после чего приземлился затылком в дверной косяк.

Память не отключилась, я даже не заплакал, хоть это оказалось очень чувствительно. Зато отец не смог терпеть подобного обращения и набросился на жреца с кулаками.

Вот теперь его нос брызнул кровью как надо, аж мне на лицо прилетело. Жаль, что мама не позволила мужу завершить начатое и встала между ним и жрецом.

— Витя! Стой, не нужно, Витенька! — она раскинула руки в стороны, не давая ему возможности прицелиться из дробовика. — Нас ведь изгонят или казнят! Подумай о Сёмочке, Витя!

— Да я именно о нём и думаю! — рявкнул разгневанный отец. — А ну, пошёл вон из моего дома, падаль!

— Ха-ха-ха, — внезапно расхохотался жрец, пытаясь хоть как-то сдержать поток крови из разбитого носа. — Ваш щенок теперь будет до конца жизни туалеты чистить! Не видать вам обряда, идиоты! Готовься, Витёк, теперь тебя ждут крупные неприятности...

— У-у, сука! — отец попытался достать урода ногой, но мама вновь не позволила.

Как следующее решение пришло в голову – не знаю. Да и плевать, всё равно этот жрец мне сразу не понравился.