— Конструкция добрая, явных косяков, как в других моделях, пока не вижу. Программную часть сейчас смотреть бесполезно, она должна проверяться только опытом реальной эксплуатации в условиях Зоны, потому ничего сказать о ней не могу.

— А ты бы поменял свой на этот? — Поинтересовался майор.

Я отрицательно покачал головой, добавив:

— Тот аппарат — штука личная, привык уже к нему.

— И всё же возьми себе одну штуку вместе с теми очками и проверь, когда по Зоне будешь ходить, позже сообщишь мне свои впечатления, — заявил майор не терпящим возражения голосом. — Нам всё равно их нужно проверить и доложиться разработчикам, а должным опытом среди моих подчинённых никто не обладает.

— Хорошо, — я вытащил из поролона ещё и очки, а вместе с ними матерчатый чехол с проводами и трубками переговорной гарнитуры.

«Получен экспериментальный прототип новой армейской электронной экипировки, состоящий из КПК „Сталк-В“, а также универсального наблюдательного прибора „Глазастик“, соединяемых в единую рабочую конструкцию с помощью оптического кабеля. Класс „Сделано специально для Зоны“. Перемещаемый в инвентарь предмет, возможно выпадение при гибели».

Тут и вес остаётся, и свободные ячейки заняты. А сколько их всего у меня — я так и не выяснил.

— Но это ещё не всё… — заметил майор, когда я распихал полученное добро по своим невидимым карманам. — Есть тут у меня один очень деликатный вопрос… — продолжил он заговорщицким тоном.

Из последующего сбивчивого монолога выходило — направившие его сюда люди ждут не столько наведения образцового порядка на блокпосте и прилегающей к нему территории, сколько продолжения поставок им артефактов, чем занимался его предшественник. Естественно, ему давали достаточно времени для налаживания своих каналов их получения. Даже посоветовали с кое-кем связаться для возможного ускорения процесса, и это был совсем не местный торговец, а кто-то важный в «Тёмной долине». Сидорчук вполне небезосновательно опасался связываться с тем человеком, имея перед глазами живой пример своего предшественника, потому решил сделать ставку именно на сталкеров. Главной проблемой же было малое количество именно опытных топтателей Зоны в зоне его служебного влияния. Оттуда и его живой интерес к моей персоне. Я не видел особых причин отказать ему, хотя при этом понимал — денег от него я вряд ли скоро дождусь. Это покойный майор Василенко успел сколотить себе изрядное состояние, Сидорчуку же придётся начинать дистанцию с пустыми карманами. Зато он готов помогать чем-то другим. Приняв это к сведению, узнал, чем более всего интересуются его покровители, получив на свой КПК список желаемого вместе с предлагаемыми ценами. Походу, теми, которые обещали самому Сидорчуку. И цены эти были куда выше, чем у Сидоровича. На первых позициях шли артефакты электрических аномалий «вспышка» и «лунный свет». Не иначе как они активно использовались в каком-то новом оружии или военной экипировке. Но и про другие редкости не забыли, к примеру, «мамины бусы» оценивали в двести тысяч долларов за цепочку из четырёх звеньев. Да, все цены здесь были указаны исключительно в долларах, а не рублях Зоны, и всякой мелочёвкой те люди не интересовались.