— Должно быть, он говорил о Щербатой, — прохрипел Безух.

— Ну да, она однажды чуть не укусила младшего котенка Золотого Цветка, — мрачно заметила Пестрохвостая. Она была самой старой королевой-няней и за котят стояла насмерть.

— А мы ее оставили в лагере, и лагерь почти без охраны! — спохватилась Кривуля. Как неожиданно выяснилось, не такая уж она и глухая.

— Говорил я вам, накличете с ней беду, — зашипел Частокол. — Теперь Синяя Звезда послушается голоса разума и избавится от нее, пока она не навредила нашим малышам!

Коготь подошел к кружку старейшин.

— Надо сейчас же возвращаться в лагерь и разбираться с этой негодяйкой! — завыл он.

Огонек не стал дальше слушать. В голове его лихорадочно крутились мысли. Как бы ни был он предан своему племени, он никак не мог поверить, что Щербатая представляет опасность для котят. Не говоря ни слова, он оставил Клубка и Горелого сидеть на поляне, а сам побежал прочь. Он беспокоился о судьбе Щербатой, и в голове его роились вопросы, на которые у него не было ответа.

Он взобрался наверх по склону и рысцой помчался по лесу. Может, напрасно он хорошо думает о Щербатой? Если он предупредит ее об опасности, не рискует ли он навлечь на себя беду Грозового племени? Но что бы ему ни грозило, он все равно должен узнать от нее правду, прежде чем другие коты доберутся до лагеря.

Глава XIII

Огонек добежал до края оврага и посмотрел сверху вниз на лагерь. Он тяжело дышал, а подушечки лап стали скользкими от росы. Огонек принюхался. Кроме него, здесь никого не было. Значит, он успеет поговорить с Щербатой, пока коты не вернутся с Совета. Он молча прыгнул на скалистый склон и стал украдкой пробираться по тенистому тоннелю.

В лагере было тихо и спокойно, слышалось только приглушенное посапывание спящих котов. Огонек рысью побежал на тот край поляны, где находилось гнездо Щербатой. Старая целительница лежала, свернувшись, на своей моховой подстилке.

— Щербатая, — позвал он громким шепотом. — Щербатая! Вставай, дело важное! Два оранжевых глаза открылись и сверкнули под луной.

— Я не спала, — тихо промяукала Щербатая. Говорила она действительно бодро. — Ты при шел ко мне прямо с Совета? Значит, ты все слышал. — Она моргнула и отвернулась. — Ну что же, Звездолом сдержал свое слово.

— Какое такое слово? — смутился Огонек. Похоже, Щербатая знает о происходящем гораздо больше, чем он сам.

— Благородный предводитель Сумрачного племени поклялся, что выживет меня с территории любого племени, — сухо ответила Щербатая. — Что он говорил обо мне?

— Он предупредил, что наши котята в опасности, пока мы укрываем у себя преступницу из Сумрачного племени. Он не назвал твоего имени, но коты из Грозового племени догадались, кого он имеет в виду. Ты должна уйти, пока наши не вернулись. Тебе угрожает опасность!

— Ты хочешь сказать, они поверили Звездолому? — Щербатая прижала уши и сердито замахала хвостом.

— Ну да! — нетерпеливо мяукнул Огонек. — Частокол говорит, что от тебя надо ждать беды. Другие коты тоже опасаются, что ты сделаешь что-нибудь такое… Коготь собирается вернуться и… Я не знаю… Мне кажется, тебе лучше уйти, пока они не вернулись!

Вдали послышался сердитый кошачий вой. Щербатая с трудом поднялась на негнущихся ногах. Огонек дружески потерся о нее носом, в голове его роем носились мысли.

Наконец, не удержавшись, он спросил напрямик:

— Что имел в виду Звездолом, когда говорил, чтобы мы не сводили глаз с наших котят? Ты правда способна на такое?

— Какое такое?

— Навредить нашим котятам?

Щербатая в упор посмотрела на него, ноздри ее дрожали от возмущения.