|
Это вызывает некоторое “раздразнивание” читателя, результатом которого должно быть ощущение комизма, а не раздражение, конечно. “Послушайте, милостивые государи, историю Запрориха, короля вендров, дейтонов и недоготов, которого похоть до гибели довела”.
а) Запев взят из “Тристана и Изольды”.
б) Запрорих является Теодорихом, скрещенным с прорехой и запором.
в) Из остроготов я сделал недоготов; видимо, потому что “недоготов” — это наверняка ассоциировалось у меня с чем-то недоготовленным.
г) Дейтоны — это просто из физики, — дейтроны, etc.
д) Вендры — это венды, древнее наименование славянских племён («р» добавилось, чтобы приблизить к ведру).
Конечно, если бы я писал аналитически, строго следуя словарям, то в жизни никогда ни одной книжки бы не написал — всё это как-то само перемешивалось в моей бедной башке.
Что же я могу Вам предложить?
а) Идиоматику современной стратегии, любовницы Пентагона (откуда пошло MOUSE — Minimal Orbital Satellite, Earth, всяческие Эниаки, Гениаки etc.) — MIRV(Multiple Independently Targeted Reentry Vehicle), ICPM (это уже я: Intercontinental Philosophical Missile); second strike capability etc. Вы сведущи в этой прекрасной лексике? Она скрывает в себе великие гротескные возможности.
б) Сленг, конечно.
в) Кто-то, достаточно широко известный для читателей, но, как я уже говорил, не знаю кто: какой-то исторический писатель, соответствующий Дюма во Франции, Сенкевичу в Польше (но учтите, что Дюма был намного беднее Сенкевича в языковом отношении).
г) Кибернетическо-физическая лексика (ею можно разбивать или освежать идиоматические слепки — feedback — feed him back — не знаю в эту минуту, что бы можно было с этим сделать, но представляю себе некий контекст, в котором это явно можно было бы использовать для намёка на обыденность).
д) Ну и юридический язык! — язык дипломатических нот, правовых кодексов, конституций etc. Прошу не бояться бессмыслицы! (В “Сталеглазых” присутствует Комета-Бабета; конечно, исключительно из-за аллитерационной рифмы, а не из-за какого смысла; аналогично можно сделать planet Janet, cometery commentary etc.) Даже совершенно “дико” всаженное слово обычно подвергается переработке в контексте и исполняет тогда функцию локального орнамента или “остраннителя”. Затем — контаминации {strange-estrangement — если удастся в это вбить strangulation, может из этого получиться что-нибудь забавное).
Впрочем, разве я знаю!..
Nb, заметка на полях. В некоторых частях “Рукопись, найденная в ванне” была написана белым ритмичным стихом, например, разговор священника с героем после разыгравшейся оргии. Ритм иногда очень увлекает, но слишком злоупотреблять им не следует. Впрочем, любые недостатки при умышленном их увеличении могут иногда стать достоинствами {cometery commentary about a weary cemetery). Пишу это Вам, поскольку смелость не приходит сразу. Даже наглость, нахальство необходимы (в языковом отношении, разумеется). Это можно заметить, сопоставляя довольно несмелые “Сказки роботов” с “Кибериадой” или первую часть “Кибериады” со второй, в которой разнузданность уже господствует. (Я составлял тогда длинные списки слов, начинающихся с cyb-cyberceber, и искал корни с ber, чтобы создавать кибербарисов из барбарисов и т. п. Можно бы Су berserker, су berhyme, но это не звучит так хорошо, как в польском. (Впрочем, Вам виднее.)
Можно также строить фразы из “мусора” (обрывков модных “шлягеров”, детских стишков, поговорок), смешивая всё это без малейшей жалости».
И далее: «Что касается названия, то должен признаться, что в вопросе звучания The Cyberiad я некомпетентен. Ослабления в английском, о котором Вы говорите, я, конечно, ухватить не могу. |