— Говорит карго-фрейтер «Колумб»! — сказал он. — Назовитесь!

— О, курва! Дзеньки небёсам! Проше о помоць! Мой статек ушкодженный! Прошу бардзо пана…

— Назовитесь! Кто вы? Ваши координаты! — повторил Зорич, скривившись. Неужели еще есть те, кто не владеет интерлингвой? Из какой они дыры вообще?

— О! Курва мать! Я потшебую помоц, а…

— Назовитесь! — уже прямо-таки злобно прошипел Зорич.

— Гжегож Бженшчижчикевич.

— Чего? — опешил Зорич от такого набора звуков.

— Мам на имье Гжегож Бженшчижчикевич!

— Я не понима…

— Гжегош… Бженшчи…

— Так, стоп! Мне не ваше имя нужно! Название корабля! Как называется ваш корабль?

— А…статек «Кшаншоживовицы»

— Как⁈

— Статек «Кшаншоживовицы».

— Статек…

— Не. Статек — то есть…э…корабель! А назва статека «Кшаншожи…»

— А, к черту! Ни хрена не понятно! — рассвирепел Зорич. — Идентификатор пришли!

— Не мам змоги!

— Что?

— Попердолен! Брак электричности…

Так… Тут худо-бедно Зорич понял. Что-то у этого «пш-пш», или как там его, сломано, и с электрической частью тоже проблема.

— Диктуй номер! — приказал Зорич.

— Двадишча тши, седемдесёнт осемь, двунащити, зеро пьенть…

— Да откуда ты такой взялся! — прямо взвыл Зорич. — Откуда ты вообще вылез?

— З Пшибышева!

— Что?

— Уродивем се на планете Пшибышев. А мой ойтец, Взбышек Бженшчижчикевич, дал ми статек «Кшаншо…»

— Так, черт бы тебя подрал! Хватит! Чего тебе надо?

— Мушу влончить системы. Ниц не працюэ…

— Да по-человечески скажи!

— Потшебую пронду.

— Господи, боже мой… — Зорич закрыл лицо руками, — интерлингвой!

— Электро…

— Ага! Нужно электричество, чтобы основные системы запустить?

— Так!

— Фу, блин… Жди. Сейчас свяжемся с вашей планетой, и к тебе кого-то отправ…

— Не! Прошу пан! Планета милче.

— «Милче»? Это что еще…

— Не муви…

— Да чтоб тебя… А! Понял! Не говорит?

— Так. Не муви…

И действительно, сколько бы попыток Зорич ни предпринимал, Кадия молчала. Будто и нет там никого. Ну или же их центр связи повредило… И что делать?

Согласно инструкциям, Зорич вообще не должен был оказывать помощь. Но ведь есть еще и кодекс. Узнай кто из легавых, что он бросил корабль, нуждавшийся в помощи, и прощай лицензия пилота, а вместе с ней и желанное место капитана.

О! Капитан! Точно! Пусть он решает. Старику ведь уже плевать на все — он одной ногой на пенсии.

Чтобы вытащить капитана на мостик потребовалось десять минут. Чтобы объяснить ему суть происходящего — двадцать. Чтобы капитан, наконец, принял решение, потребовалось аж полчаса.

Но Зорич облегченно вздохнул — с себя он ответственность снял.

— Так…чтобы подать электричество на «Кшан…», или как там это корыто называется, нужно понизить вырабатываемую мощность.