Тут слухи расходились. Так как Лагуна была одним из Золотых миров и даже маленькая, тесная квартирка здесь стоила неимоверно дорого, оставалось только догадываться, во сколько господину Корвину обошлось поместье.

Кто-то предполагал, что господин Корвин торговал запрещенными препаратами, причем в таких объемах, что его «предприятие» стоило бы назвать империей. Кто-то считал, что господин Корвин — родственник кого-то из богачей. Были еще и другие варианты о неимоверных сокровищах, найденных господином Корвином где-то на задворках Галактики, или же кто-то называл его шахтером, который бороздил космические просторы на своем видавшем виды кораблике, и которому посчастливилось найти дорогие руды, причем в таких количествах, что он тут же сбыл координаты корпоратам, получив огромные деньжищи.

Конечно же, ни одна из этих версий не выдерживала критики, стоило только начать их проверять, однако кое в чем местные были правы — Корвин явно был из тех людей, у кого деньги появились относительно недавно, и который их тратил направо и налево, не зная, что с ними делать. Также вызывали вопросы и манеры господина Корвина. Уж слишком он был… «вульгарен», как о нем отзывались местные столпы общества.

Впрочем, самому Корвину было абсолютно плевать на то, о чем шептались горожане за его спиной. Главное, чтобы к нему никто не лез.

Он жил в своем поместье и крайне редко его покидал. Чаще в городке бывала его супруга, недавно родившая близнецов. Эту даму в городе любили и уважали. Она, в отличие от своего мужа, могла считаться «утонченной и образованной», а кроме того, оказалась не из робкого десятка и чуть ли не зашибла грабителя, попытавшегося на нее напасть.

Что касается Корвина, то единственное, что о нем было известно достоверно — это о его любви к космических яхтах, которые он то ли коллекционировал, то ли постоянно менял. Во всяком случае, на орбиту планеты с территории его поместья то и дело поднималась то одна, то другая яхта, а спустя несколько дней возвращалась назад, натужно ревя соплами двигателей.

* * *

Стоял теплый осенний вечер, и господин Корвин угощался пивом, сидя в кресле-качалке и глядя на закат.

Неподалеку от него дрых прямо в траве ро-кот — диковинный зверь, которого боялись местные, чем-то похожий на кота, но гораздо больший по размерам, гораздо более агрессивный. Впрочем, если его не трогать — сам он ни на кого не нападал.

Разве что на пьяных, вздумай кто из них шататься рядом с поместьем или садами, примыкающими к нему.

В беседке, не далее чем в десяти метрах от Корвина, лежала на диванчике его супруга, а двое малышей в люльке, которую она покачивала, мирно спали.

Женщина поднялась, проверила детей и направилась к мужу.

Тот сидел, глядя на вечернее небо, и о чем-то крепко задумался.

Она положила руку ему на плечо и спросила:

— Хочешь снова отправиться на орбиту?

— Что? Нет, нет… — спохватился Корвин, — просто задумался…

— О чем?

— Думаю, что стало с нашими.

— Ты и сам все знаешь. Хороняка купил себе майнерскую баржу, торчит где-то у черта на куличках, грызет астероиды и заливает себя своей бражкой. Либерти…ей ВКС предложили интересный контракт. В последний раз, когда мы виделись, она на это намекала…

— А Рико? Что стало с ним?

— Не знаю, — вздохнула женщина, — но надеюсь, что с ним все в порядке.

— Я тоже, — кивнул Корвин. — Ты знаешь, иногда я сомневаюсь, что Рико был стукачом, что именно он все сливал ВКС…

— Если не он, то кто тогда? — удивилась женщина.