— Вы тут философствуете? — спросила Ева, присаживаясь на кушетку.

— Нет, — ответил лейтенант.

Помешивая ложечкой кофе, он ждал объяснений Марики и думал: «Только бы узнать, какое отношение имеет Питю к ее дневнику. Хотя она и многословна, но слушать ее довольно интересно. Правда, может быть, все это игра. Как она сказала? «Живи прежде всего в ладу с собой, тогда ты сможешь стать настоящим другом и для других...» В этом что-то есть...»

Марика отпила кофе из чашки и продолжала:

— За прошедшие годы я убедилась в том, что бескорыстная дружба в наше время большая редкость. Иногда кажется, что она существует лишь в сказках да романах. Если я говорю родителям правду об их ребенке, то дружбе конец.

— Теперь я понял, куда вы клоните, — засмеялся лейтенант и поставил чашку на стол. — Кофе был очень вкусным, Евочка... Мне вы можете свое мнение высказать совершенно спокойно, — повернулся он к учительнице.

— Я и так его высказала бы, — смешно поджала губы Марика. — В нашу школу ходят дети с окраины, попадаются даже дети алкоголиков. Домашняя обстановка, как понимаете, очень влияет на их духовный рост. Сверстники вашего Питю отстают от него в развитии, да и в материальном плане обеспечены гораздо хуже. И дети это прекрасно понимают. Вот что я имела в виду, употребляя выражение «и так».

Ева с удивлением выслушала слова учительницы и решила вмешаться:

— Так что же, по-вашему, Питю должен ходить рваным и грязным? Мне кажется, это просто несерьезно.

Она как-то странно взглянула на Марику.«Уж не с ума ли сошла эта девица?» — красноречиво говорил ее взгляд.

— Я, видимо, не совсем ясно выразилась, — сказала Марика...

— Да нет, очень даже ясно, — кивнул лейтенант и принялся растолковывать жене: — Наш отпрыск интуитивно почувствовал свое превосходство и потому смотрит на ребят свысока...

Ева не на шутку обиделась. Она встала и сказала оскорбленным тоном:

— Я не дура и хорошо понимаю венгерский язык. — Она собрала посуду и демонстративно ушла на кухню.

— Бумм! — прокомментировал Ковач. — Мина взорвалась.

Марика поднялась.

— Не хочу оказаться жертвой взрыва, — засмеялась она, — лучше я уйду. А вы попытайтесь тактично объяснить ребенку, что не всегда становится лидером тот, кто хорошо и модно одет.

Как только Марика ушла, Ева дала волю своему негодованию:

— Послушай, Ковач, я не такая дура, чтобы учить меня уму-разуму в присутствии этих деревенских тетех.

— Кто тебя учит? И почему эта девушка тетеха? И что значит «деревенская»?

Ева ехидно посмотрела на мужа:

— Уж не приглянулась ли она вам, господин лейтенант?

— Ты, вероятно, совсем спятила. Оставь свои глупые шутки, стань нормальным человеком хотя бы на то время, когда я дома. Между прочим, Марика говорила довольно умные вещи. Мы должны обратить внимание...

— Ну и обращай, а меня ради бога оставь в покое. Достаточно того, что я приехала за тобой в этот медвежий угол.

Ковач закрыл глаза и с горечью подумал: «Опять семейная сцена! Только бы отыскать андаксин... Если она не прекратит кричать, приму таблетку, оденусь и уйду в клуб».

Но Ева вскоре замолчала, хотя в голове у нее лихорадочно билась мысль: «Какую колоссальную глупость я совершила, выйдя за него замуж! И как только я на такое решилась? Виноват во всем тот старый дурак: он втравил меня в это дело. Никогда ему этого не прощу...»

Познакомились они два года назад на киностудии.