Эндре обернулся, прислонился спиной к окну и посмотрел на девушку. «Симпатичное у нее лицо, — подумал он, — и очень красивые глаза, намного выразительнее, чем у Дьерди».

— Я не люблю рассуждать о политике и не очень в ней разбираюсь, но мне кажется, что проблема кадров существует там, где люди сами ее создают. Я знаком с разными молодыми людьми: есть среди них плохие, но есть и хорошие. И не каждый сын или дочь большого руководителя избалованы. Роман Варьяша потому и грешит против правды, что автор возводит эту проблему в абсолют. Если у одного секретаря райкома сын вырос хулиганом, это вовсе не значит, что дети всех секретарей тоже хулиганы. А Варьяш именно это и утверждает...

— Вы так рьяно защищаете детей начальства, будто сами принадлежите к их числу.

— Вы будете смеяться, но так оно и есть.

— Разве ваш отец шишка?

— Он писатель.

— Писатели — не начальство.

— Большинство, конечно, нет, но мой отец и несколько его друзей как раз являются шишками, хотя и не считают себя таковыми. До армии я жил во много раз лучше и беззаботнее, чем многие сыновья секретарей райкомов. Вот, собственно, почему я не люблю, когда мой отец начинает разглагольствовать о кадровой политике. Если бы он писал в своих книгах только о себе...

— А как зовут вашего отца?

— Геза Варьяш.

Девушка рассмеялась:

— Тогда мою маму зовут Элизабет Тейлор.

— Вы не верите, что я сын Гезы Варьяша?

— Нет.

— Дело ваше...

Поезд набирал скорость, а Эндре, держа девушку за руку, снова подумал о Дьерди, которую завтра обязательно увидит. Вот она удивится. Затем он вспомнил о матери, и ему сразу же расхотелось разговаривать. Он стал смотреть в окно и, когда девушка о чем-то спросила его, сделал вид, что не расслышал вопроса.

Наконец пришла пора прощаться. Собственно, только теперь он по-настоящему представился ей.

— Вы все еще не верите, что я сын Гезы Варьяша? — спросил Эндре, не выпуская руки девушки.

— Может, так оно и есть, но я все же не верю.

— А почему?

— Будь вы сыном Варьяша, вы бы на него так не нападали.

— Я и не нападал, а только высказал свое мнение о его новом романе. На это-то я имею право. Кстати, хочу дать вам совет: никогда не старайтесь поближе познакомиться со знаменитостями, чтобы не разочароваться в них... — Заглянув девушке в лицо, он заметил в ее глазах искорки недоверия и впервые за время их знакомства улыбнулся. Эта улыбка как-то сразу украсила его строгое лицо. — По вашим глазам я вижу, что вы все еще не верите мне. Я мог бы показать вам удостоверение, но не сделаю этого, потому что мне, собственно, все равно... Мы сейчас расстанемся с вами, вы поедете дальше, и мы, видимо, уже никогда не встретимся.

— Это только гора с горой не сходится... — заметила девушка. — Приятных вам праздников!

— Вам тоже. До свидания! — Эндре повернулся и медленно пошел прочь.

Марика несколько секунд смотрела ему вслед.

— Подождите! — Она подошла к парню, как-то хитровато улыбнулась: — Если вы на самом деле сын Гезы Варьяша, передайте вашему отцу, чтобы он и впредь писал так же правдиво. И попросите у него для меня книгу с автографом. Пусть напишет что-нибудь красивое и умное.

— Хорошо.

— Не забудете мою фамилию? Учительница Марика Шипош.

— Не забуду.

— Книгу можете передать через лейтенанта Ковача — он на родительские собрания ходит регулярно.