|
Он мрачен и в молодости, мрачен наедине с прекрасною женщиной, которая сказала ему, что она его любит; к старости же из него был бы готов отличный инквизитор, который с полным убеждением и спокойною совестью жег бы еретиков и с особенным наслаждением бичевал бы самого себя… Лаура в старости сделалась бы дуэньею и мастерски помогала бы вверенной ее бдительности жене проводить за нос мужа, а может быть, пошла бы и в монастырь; но пока она не хочет слышать о вздоре – о будущем…
Тогда… Зачем Об этом думать? Что за разговор? Иль у тебя всегда такие мысли? Приди – открой балкон. Как небо тихо; Недвижим теплый воздух, ночь лимоном И лавром пахнет, яркая луна Блестит на синеве густой и темной, И сторожа кричат протяжно: «Ясно!» А далеко, на севере – в Париже — Быть может, небо тучами покрыто, Холодный дождь идет, и ветер дует…
Является Дон Хуан; Лаура в радости бросается ему на шею; Карлос вызывает его – и падает мертвый.
Дон Хуан
Вставай, Лаура, кончено.
Лаура
Что там? Убит? Прекрасно! в комнате моей! Что делать мне теперь, повеса, дьявол? Куда я выброшу его?
Дон Хуан
Быть может, Он жив еще.
Лаура
Да! жив! гляди, проклятый, Ты прямо в сердце ткнул – небось, не мимо, И кровь нейдет из треугольной ранки, А уж не дышит – каково?
В следующей сцене Дон Хуан, в монашеской рясе, уже разговаривает с доньей Анною. Она просит его соединить молитвы с ее молитвами.
Мне, мне молиться с вами, донна Анна! Я не достоин участи такой. Я не дерзну порочными устами Мольбу святую вашу повторять — Я только издали с благоговеньем Смотрю на вас, когда, склонившись тихо Вы кудри черные на мрамор бледный Рассыплете – и мнится мне, что тайно Гробницу эту ангел посетил, В смущенном сердце я не обретаю Тогда молений. |
