«Айя, — сказал он. — Моя королева…»

И проснулся.

Сегодня, подумал Донован. Уже сегодня я увижу тебя.

Он соскочил с кровати, наскоро умылся, бриться не стал — еще успеется, на эспандер тоже махнул рукой и начал быстро одеваться.

Стереофотографическая Айя улыбалась ему над кроватью.

«Привет, — подмигнул он ей. — Как дела?»

И ему показалось, что Айя заулыбалась еще радостнее. Как во сне.

«До встречи!» — Донован махнул ей рукой и выскочил в коридор.

Быстро прошагал к лифту, поднялся в штурманский отсек и вошел в рубку. Здесь было сумрачно, рабочий свет приглушен, а на огромном, в полстены, обзорном экране лазоревым серпом сияло Сказочное Королевство.

— Ага, вот и он сам, — послышался откуда-то со стороны голос Нордвика. — Здравствуй, Малышев.

Донован рассеянно кивнул. Долетели, подумал он. Вот и долетели… Ну, здравствуй. Я не видел тебя целый год… Целую вечность. Здравствуй… Как я соскучился…

— Ты садись, — сказал Нордвик. — Да садись же! Удружили вы нам. Что вы за маяк там поставили?

— При чем здесь маяк?… — Донован сел и огляделся. В рубке были только комкор Нордвик и инспектор КВВЦ Берзен.

— Маяк? — переспросил он. — Как какой? Обыкновенный, стандартный…

Нордвик поднял на него глаза.

— Ах, так ты еше не знаешь ничего, — сказал он. — Не слышал. Не проснулся… — И он вдруг взорвался: — Молчит ваш маяк, понимаешь?! Никаких следов в эфире!

— Молчит? Как это — молчит? — не понял Донован. — Его даже молекулярный деструктор не берет! Тем более — рядом Кирш… Внутри у него похолодело. Кирш… Что у тебя там случилось, Кирш, что стряслось? Почему ты молчишь, почему молчит маяк?

— Как вы думаете, Малышев, — спросил Берзен, — Кирш не мог отключить его?

— Кого? Маяк? Не знаю… — До Донована наконец дошел смысл сказанного Берзеном. — А зачем это ему могло понадобиться, как по-вашему?

Берзен только пожал плечами.

— Зачем? — вздохнул Нордвик. — Я тоже так думаю — зачем? Но тем не менее он молчит.

От откинулся в кресле и потер воспаленные после ночной вахты глаза.

— Конечно, всякое может случиться, — продолжил он, — но мне лично все это не очень нравится. Я бы даже сказал — совсем не нравится…

Нордвик включил селектор и уже деловым тоном сказал:

— Внимание, объявляется пятиминутная готовность.

Из селектора сразу же послышались отрывистые команды операторов, кто-то включил зуммер, и он стал привередливо верещать.

— Не уходи, — бросил Нордвик через плечо Доновану, — ты еще будешь нужен, — и начал что-то отрывисто говорить в селектор, последовательно нажимая на клавиши.

Донован и не думал уходить. Он сидел в кресле, придавленный известием о непонятном молчании маяка, и на душе у него было сумрачно. Он долго смотрел на Нордвика, как тот отдает приказы, готовя корабль к посадке, и вдруг, неожиданно для себя, подумал: а чего, собственно, расстраиваться? Молчит маяк? Да провались он в преисподнюю со всеми своими потрохами, этот проклятый маяк! Ведь мы прилетели! Понимаете, мы — долетели!.. Ни черта вы не понимаете. Вам плевать, вы здесь никогда не были, никто из вас не знает, что значит сюда вернуться. И вообще, никто здесь никогда не был, кроме нас: Алеши, меня и Кирша. Но Кирш здесь, он остался самовольным послом на Сказочном Королевстве, а Алешу вы сюда не пустили, нашли, что он нарушил устав КВВЦ, разрешив Киршу остаться… А кто-нибудь смог бы нарушить? Увидел цивилизацию — и сразу же свертывай все свои исследования и немедленно возвращайся на Землю — там уж компетентные дяди из КВВЦ разберутся, что и как делать.