— Опять мимо. — Он ещё громче, чем прежде, два раза щёлкнул языком. И на этот раз он даже переменился в лице. — Такие вот дела. Не выходит сегодня, — облизал он пересохшие губы. — Не выпить ли нам, господин, хоть пива где-нибудь поблизости?

В лавчонке было пусто.

— Пива две бутылки, — потребовал он, расплатился и, чиркнув спичкой, закурил. По резким движениям было понятно, что настроение у него близкое к отчаянию.

— Ну и сколько ты сегодня спустил? — спросил «Берет», наливая пиво.

Он показал три пальца:

— Тридцать тысяч иен. Малость проигрался.

«Берет» прищурено посмотрел на него:

— У тебя всегда с собой такие деньги?

— С собой у меня пятьдесят тысяч.

— Пятьдесят? Пятьдесят тысяч иен — это много. Да, где мне с тобой равняться! — восхищённо воскликнул «Берет». Пивная пена налипла у него в уголках рта. — У тебя всё-таки кошелёк набит!

— Скопились деньги от прежних выигрышей, — ответил он, грызя предложенный на закуску горох. — Так вот и крутимся — то ты возьмёшь, то у тебя возьмут.

— Играть-то ты умеешь! — похвалил «Берет».

Из-за двери лавчонки были видны прохожие на улице.

— Будешь теперь играть?

— Ну, отдохну немножко. Надо чуточку перевести дух, — сказал он, хлебнув из стакана.

— Ты говоришь — отдохнёшь. А что, ваше заведение сегодня вечером не работает? — спросил «Берет». Он посмотрел на ручные часы.

— Как можно. Уже время Я и так опаздываю. Как бы мне не отказали от места.

Он встал и спросил у девушки-официантки, где телефон. «Берет» пристально поглядел ему вслед и налил пива.

Он стал звонить по телефону. Но разговор до «Берета» не доносился. Поначалу он стоял прямо, потом как-то весь ссутулился и жадно слушал, что ему говорил собеседник. Какое у него при этом было выражение лица, «Берет» на расстоянии разглядеть не мог. Но что-то в нём переменилось.

Положив телефонную трубку, он некоторое время задумчиво стоял на месте. Это продолжалось с минуту. Глаза его уставились в какую-то точку на стене. Затем, будто по инерции, он повернулся и снова подошёл к столику.

«Берет» посмотрел ему в лицо. Нет, ничего неожиданного в нём не было.

— Заведение сегодня не работает.

Неожиданными были эти слова. Но «Берет» воспринял их спокойно.

— Да, не работает?

— А, всё равно!

— Ты расстроился?

— Как сказать. Ну что, господин, будете ещё играть?

— Ещё не знаю, — неопределённо ответил «Берет».

— А я уже пошёл. Хочу где-нибудь выпить. Извините, что оставляю вас.

— Подожди, подожди. — «Берет» шумно поставил стакан. — Не бросай меня. Я тоже что-то приуныл. Пойду-ка я с тобой.

— Со мной? — В глазах его вспыхнул огонёк, но «Берет», допивавший последний стакан, не заметил этого. — Ладно. Ну, пошли.

Тем временем снова начался забег. Комментатор что-то болтал в микрофон. У тотализатора опять никого не было. Тени от гималайских кедров удлинились. Мусорщики убирали территорию.

Вдвоём они вышли из ворот ипподрома. Он направился к стоянке такси.

— В Синдзюку, — сказал он водителю, забравшись в машину.

— Синдзюку? О, ты предпочитаешь выпить в Синдзюку? — спросил «Берет», усаживаясь рядом.